В комнату они попали лишь через час. Эш оставил Эльку в комнате, а сам пошёл забирать Дариона, мирно спящего в коридоре. Рядом с братом стояла очень рассерженная Синерика Кровожадная и пыталась его разбудить или убить — смотря с какой стороны на это посмотреть. Эштиар заверил кифари, что убивать никого не надо и впредь такого не повторится. Перекинул Дара через плечо и вернулся в комнату, где Элина пыталась утопиться в раковине.
Эш бросил спящего брата на его кровать и попытался уложить спать Эльку. Но она сказала, что хочет пить, потом есть, затем девушке захотелось в туалет, где в итоге ей стало плохо. «Пить алкоголь она определённо не умеет», — подумал хранитель, когда ему наконец-то, удалось уложить в кровать неугомонную магичку.
Он уже собирался открыть портал в свою комнату, как вдруг ощутил всплеск, такой знакомой и почти забытой магии. Волосы на затылке хранителя стали дыбом. Ругаясь на чём свет стоит, Эш стал вливать силу в охранки, которые поставил на комнату Дарион. Эштиар неимоверно обрадовался, что брат додумался это сделать заранее.
В этот момент ректор Лаоранской академии магии, сидел в своём кабинете и с ужасом смотрел на человека, которому доверял, как самому себе.
— Зачем тебе это?! — воскликнул старик. — Я же дал тебе всё, чего ты хотел!
— Ну что Вы, Лирентий, мне нужно нечто большее, чем Вы можете предложить, — мужчина усмехнулся и дунул на ладонь.
В лицо старику прилетел порошок, судорога скрутила всё тело. От невыносимой боли хотелось кричать — если бы он только мог. Через минуту на полу лежало бездыханное тело, ректора Лаоранской академии магии, который слишком задержался на своём посту.
— А ты еще сомневался, — раздался бархатный голос из темноты.
Мужчина вздрогнул и, повернувшись лицом к говорившему, низко поклонился.
— Хозяин, я сделал всё, как вы и просили! — он дрожал от страха.
— Хвалю, — голос обволакивал, даруя радость и гордость, за правильно исполненное поручение. — Теперь иди, на тебя не должно пасть даже тени подозрения. Дальше я сам.
Мужчина выдохнул от облегчения, еще раз поклонился и вышел через тайный ход из кабинета. А из темноты шагнула высокая фигура, закутанная с головы до ног в плащ из тьмы. Следом за ней к телу ректора кинулись тени. Они усадили мертвеца в кресло за рабочий стол и на мгновение окутали его, убирая все следы насильственной смерти. Через миг всё исчезло. Ничто не напоминало о визитёрах, находившихся здесь, кроме мертвого ректора в кресле.
Ночью Элька проснулась от того, что ей трудно дышать. Девушка испугалась и попыталась выбраться из-под чего-то тяжёлого, придавившего её сверху. Как вдруг это тяжёлое прижало её к себе, и произнесло голосом Эша прямо на ухо:
— Я же просил не будить меня так рано.
Осознав, что она лежит в одной кровати с мужчиной — да не просто с мужчиной, а с Эштиаром — и тот собственническим жестом прижимает её к себе, Элька почувствовала, как к её щекам приливает кровь. Девушка продолжила копошиться, отчаянно стараясь подвинуть хранителя. Внезапно Эш откинул одеяло, приподнялся на локте, внимательно посмотрел на Элину и устало поинтересовался:
— Ну что опять? Пить, есть, в туалет, плохо?
— М-м-м-м-м… — было единственным, что смогла выдавить из себя девушка.
— Очень содержательно, — очень серьёзно кивнул Эш.
Он отодвинулся к стене и дал ей возможность выбраться с кровати. Сползая на пол, Элина усиленно пыталась вспомнить, что произошло после пятого стакана самогона. Только память отказалась сотрудничать с хозяйкой и выдала ей лишь смутный образ кладбища в Краене с воющим упырём, которому отчего-то подвывала Элька. Девушка потрясла головой, чтобы выкинуть оттуда всякий бред и всё пред глазами зашаталось.
Ухватившись за спинку кровати, чтобы не упасть, Элина устояла на ногах и посмотрела на спящего в её кровати Эштиара. Почем хранитель разлёгся там, а не ушёл к себе, она также не могла понять. Но память ввернула Эльке дикую сцену в парке, где она танцевала среди ночи и требовала у мужчины, чтобы он её поцеловал. Надо сказать, что Эш при этом мученически вздыхал и начинал рассказывать очередную сказку, на которую Элина тут же отвлекалась и забывала о своих требованиях.
— А ты что тут делаешь? — раздался тихий вопрос в напряжённой тишине.
Голос девушки звучал настолько взволнованно и испуганно, что это вызвало у хранителя смех, который тот геройски подавил. Элька вообще смотрела на него такими глазами, словно ночью настал конец света. За долгую жизнь хранителя, многие подопечные рано или поздно напивались. Обычно с ними возился Дарион, а Эш на утро всячески над ними издевался, чтобы те устыдились и больше никогда не позволяли себе дойти до такого состояния.
