– Архадору внезапно понадобился шар связи, – произнёс он, пробежав глазами строчки аккуратного почерка лаборанта. – Элдарида выдумала говорить с ним каждый день. Они изведут все запасы моих солей.
Хананор застегнул несколько пуговиц дорогой шёлковой сорочки. Ворча под нос проклятья, он собрал свою сумку с препаратами.
– Просите, мои дорогие, но король зовёт меня, – извинился магистр недовольным тоном. – Как я и предполагал, больше двух дней погостить не удастся.
– Когда появится свободное время, наша дверь будет открыта, – успокоил его Адамор.
– Спасибо, сынок, я всегда помню.
Антида вышла вслед за братом. Адамор заправил одеяло на диване и сел. Он смотрел на спящего Нила, отмечая на его лице знакомые черты. Рожки на голове ещё не выросли в полную длину. Самоё поразительное, что делало его непохожим на типичного люта, это были длинные до плеч пепельные волосы. Адамор прикоснулся к ним, ощутив приятную шелковистость. От прикосновения Нил поднял тяжёлые веки.
– Адам, ты опять снял заклинание? – медленно произнёс он. – Ты распугаешь весь Олдинг-Хаус.
– Милый, ты узнал меня. Как ты себя чувствуешь?
– Как загнанная лошадь, – Нил попытался приподняться на локтях. – А почему я не должен был тебя узнать?
– Два часа назад ты смотрел на меня и спрашивал, кто я, – улыбнулся Адамор.
– Правда? Со мной что-то случилось? Я ничего не помню.
– Это нормально. Хананор вколол в тебя столько снотворного…
– Кто? – Нил резко сел в постели.
Только сейчас он обнаружил, что находится не в своей спальне. Он достал руки из-под одеяла и уставился на них. Затем посмотрел на свой живот и ноги. Красная кожа смутила его. Нил вытянул руки, демонстрируя их люту.
– Зачем ты меня в дьявола превратил? – спросил он недовольно.
– Если ты обещаешь выслушать спокойно, то я расскажу тебе события последней недели.
– Хорошо, дорогой.
– Только лежи. Я тебя укрою.
Адамор начал с момента выключения электричества в Олдинг-Хаусе. Он подробно рассказал, как пытался привлечь внимание обоих артефактов, как проснулся у себя в спальне, о появлении из картины Хранителя Скалы и его помощь в перерождении Нила в люта.
– Трон Всемогущего не властен на человеческими телами, – с грустью завершил Адамор своё повествование.
Нил спокойно воспринял все новости, не произнеся ни слова.
– Твоё молчание меня убивает больше, чем, если бы ты сейчас накричал на меня.
– Ты всё сделал правильно, Адам. Раз мы находимся на стороне Мрака, то всё равно было бы невозможно разгуливать тут в человеческом обличье.
– Пожалуйста, называй меня Адамор при посторонних, – попросил озадаченный реакцией друга лют. – Мама тебе дала новое имя, подобающее твоему теперешнему положению.
– Да, и какое имя?
– Ниленор.
– Спасибо, постараюсь быстрее привыкнуть.
Нил откинул одеяло и его взгляд упал между ног.
– Ого! Зачем так много?
– Как раз в самый раз, – улыбнулся Адамор. – Вполне нормально. Но знай, что самоё чувствительное место люта – хвост.
Он обвил своим хвостом грудь Нила, а тот, в свою очередь, повторил за другом. Словно мощный электрический разряд пронзил тело Ниленора. Он вскочил с постели, перепрыгнув через диван.
– Не делай так больше, – серьёзно сказал Нил. – У меня тут всё затвердело.
Адамор засмеялся, протягивая другу халат.
– Все люты в первый раз испытывают похожие ощущения.
– Да но… Ну, ладно.
– Мне в голову пришла мысль, которая поможет тебе разобраться со своими ощущениями и прочими вещами.
– Правда? – ухмыльнулся Ниленор.
– Завтра нас ждут в гости три дьяволицы. Будешь вливаться в высшее общество.
Ниленор выгнул брови, бросив взгляд на друга.
– Мы будем играть роли их кавалеров.
Он вновь вопросительно посмотрел на него.
– Так принято среди вдов, – пояснил Адамор. – Это ни к чему нас не обязывает. Мы будем просто любезно улыбаться, наливать дамам вино и немного потанцуем.
– Танцевать я не умею.
– Это не помеха. Просто позволь вести даме. Да ещё одно… ммм, если вдруг тебе захочется от люты чего-нибудь ещё, – Адамор многозначительно улыбнулся, – отведи её в другую комнату.
– У меня ещё нет опыта в обращении с новым телом…
– Она сделает всё сама и будет тебе опыт, – засмеялся Адамор. Он обнял друга. – Это просто чудо, что ты так быстро пришёл в себя.
Ниленор спрятал хвост под халат и осторожно обнял друга за плечи. Старые чувства, которые он испытывал к юному Адаму, постепенно возвращались. Он прижался сильнее.
– Мне кажется, что я не видел тебя вечность, – прошептал Ниленор. – И очень скучал.
– Я готов был ждать твоего пробуждения до самой смерти.
– Ниленор! – услышали они радостный возглас матери с порога. – Как я рада!
– Это моя мама, – представил Адамор. – Антида Мерезион.
– Госпожа Антида, – Ниленор поклонился.
– Леди Антида, – поправила его мать, нежно обнимая. – Если тебе будет удобно, можешь тоже называть меня мамой. Адамор столько рассказывал о тебе, с такой любовью, как к родному брату.
– Спасибо, леди Антида, за добрые слова.
– Ниленор, одевайтесь оба. Я накрою стол. Этот безобразный дракон второй день ничего не ел.
– А-а, значит, и дома знают, какой ты отвратительный дракон! – воскликнул Ниленор, пытаясь повалить друга на пол.
