- Он вообще-то не израильтянин, - уточнил Грива. - Русский американец.
- Это как?
- Или американский русский. Да какая разница! Серега, ты лучше скажи, что у нас дальше?
- Дальше у нас обед, - сказал Буркин. - После обеда у тебя отдых, а у меня - подготовка к рандеву с ледоколом «Иван Беринг». Оттуда ты, вместе со сменным экипажем ледокола, отправишься в Мельбурн, где, опять-таки вместе с нашими моряками, загрузишься на «Беркут»...
- Гражданское «крыло»? - удивился я.
- Есть другие предложения? Хочется полетать на истребителе?
Я покачал головой. Все правильно. Чем меньше внимания, тем лучше.
- «Беркут» доставит тебя и остальных триста восемьдесят пассажиров в Кейптаун, там у него дозаправка. И по удачному совпадению, там сейчас заканчивается презентация нашей военной техники. Так что тебя тихонько снимут с «Беркута» и там же, на поле, пересадят на военный борт, и с роскошным и вполне замотивированным эскортом из тридцати русских «крыльев» ты полетишь на Родину. Завтра утром будешь дома.
- А ты?
- А я останусь на «Севастополе». Дебют у нас вышел отменный. Посмотрим, как сыграется миттельшпиль.
- А мои друзья?
- А твои друзья пока побудут здесь. На «Севастополе» их «триады» не достанут, уж это я тебе гарантирую.
Артем Грива
Все три часа полета из Кейптауна я проспал. Проснулся, когда колеса «крыла» коснулись посадочной полосы. Глянул на экран и обнаружил, что сели мы не где-нибудь, а в Петергофе. На личном аэродроме Государя.
Пока обслуга пристыковала «рукав», я успел выпить кофе и убрать с физиономии щетину.
Посмотрев в зеркало на бодрую физиономию восемнадцатилетнего юнца, я подумал, что стоит отпустить бородку.
Аэровокзал в Петергофе крохотный, но роскошный. Для важных персон. Монархов, премьер-министров... Даже генерал-майоры крайне редко проходят через его арку. Наверное, я был первым просто майором, вошедшим в это здание не в роли охранника, а в качестве гостя.
А уж встречали меня...
Собственно, встречал меня только один человек. Зато какой! Лично начальник Главного Управления по связям Департамента внешней разведки.
- Здорово, Артем! - сказал он. - Ну ты помолодел!
- Здравия желаю, Ваше высоко...
- Без чинов, Артем! - перебил меня дядя Коля, дружески протягивая руку. - Поехали! Время дорого. Тебя ждут.
Однако! Если меня поторапливает тайный советник, то кто же тогда меня ждет? Неужели Государь?
Маленький «комнатный» электромобиль помчался по галерее, соединяющей дворец с аэропортом. Несколько минут - и мы на месте. Охрана дверца была усилена. Более того, великолепные мундиры лейб-гвардии сменили куда менее эффектные, но значительно более эффективные бронекомбинезоны.
Нельзя сказать, что мне это понравилось. Дядя Коля повел меня в императорское крыло, но до Государева кабинета мы не дошли. Свернули на одну из боковых галерей.
Здесь нас ждал целый взвод лейб-гвардейцев, возглавляемый аж поручиком. Неслабо, учитывая, что чин поручика лейб-гвардии соответствует полковничьим жандармским погонам. Останавливать нас не стали. Караул салютовал и расступился. Двери раздвинулись автоматически.
- Доставил, Андрей Алексеевич! - доложил дядя Коля.
Дед встал. На нем был парадный мундир действительного тайного советника. И смотрелся дед так, что сразу хотелось вытянуться по стойке смирно и рапортовать. Но это был мой дед, так что рапортовать я не стал. Мы обнялись. Потом дед отстранился и с полминуты изучал мою юную физиономию.
- М-да, - изрек он наконец. - Батька твой мне говорил, но как-то не верилось.
- Теперь верится? - спросил я, улыбаясь.
- Теперь верю. И завидую, Темка! Как так получилось?
- Есть пара идей, - сказал я. - Как только узнаю точно, непременно с тобой поделюсь.
- Не возражаю. Я тоже не против скинуть годков пятьдесят. Николай, ты можешь быть свободен. Эх, Темка! Как я рад, что все обошлось. Отец твой - просто кремень. Только позавчера я узнал, где ты был.
- Не злись на него, дед, - сказал я. - Батя дал мне слово.
- Ну и что? Ты у меня - единственный внук! Мог бы мне сказать!
- Дед, ну ладно! У тебя и так с сердцем проблемы!
- Уже нет. Оно у меня теперь механическое. Насос. Железяка! Представь: оно не стучит, а урчит! - Дед засмеялся, но тут же оборвал смех и добавил серьезно: - Никогда бы не согласился, но время такое - не до инфарктов. Эх, Темка, Темка! Знаешь, когда ты родился, мы все думали, что наш мир - незыблем. Даже когда началась вся эта дрянь с «ифритом», все равно мы верили, что Россия превзойдет любые катаклизмы. Если бы ты знал, Темка, из каких топей мы тогда вырвались!
- Дед, я все знаю. Забыл, где я учился?
Дед посмотрел на меня пристально, потом признал нехотя:
- Да. Ты должен знать. Это меня твоя нынешняя физиономия с толку сбила. Сущий юнец ты с виду, Артем Грива! - Дед захихикал. И вдруг как-то сразу весь подобрался, посерьезнел: - Все, лирики довольно. Артем, сейчас ты подробно и вдумчиво расскажешь все, что с тобой произошло. Всю эту безумную историю, в которую ты угодил.
