— Наоборот. Мне нравится все. Именно поэтому я боюсь, что эта сказка однажды закончится. Так не бывает — чтобы все было хорошо.
— А у нас будет, — уверенно заявил Кевин.
Увы, он ошибался. Это стало ясно в тот момент, когда Кевин вдруг обнаружил себя сидящим на скамейке в хорошо знакомом ему парке близ Красной площади. Рядом, с неизменной тростью в руках, сидел отец Леонид.
— Здравствуй, — сказал джар, взглянув на Кевина.
— Здравствуйте, — тоже поздоровался Кевин, думая о том, что все начинается снова. — Это опять сон?
— Со времени нашей прежней встречи ты стал гораздо сильнее. Об этом говорит то, что мне почти не пришлось тебе помогать.
— Помогать в чем? — не понял Кевин.
— Осознать, что это сон… — Отец Леонид немного помолчал. — Ты нужен нам, Кевин.
— Кому — «нам»?
— Этому миру.
— Вы хотите, чтобы я вернулся? — спросил Кевин.
— Да. Я редко кого прошу дважды. И то, что я здесь, говорит о серьезности проблемы. Миру грозит беда. Боюсь, что наша цивилизация может погибнуть.
— И о какой именно беде вы говорите? — не понял Кевин. — Я понимаю, что дживы стремятся к власти. Но они не враги себе и вряд ли сделают что-то такое, что может угрожать их жизни и благополучию.
— Я не знаю, Кевин. Но я чувствую, что надвигается что-то страшное. И ты сейчас — единственный человек, способный это предотвратить.
— Но почему я? — с болью в душе выдавил Кевин.
— Потому что ты джар. А у джара нет своей судьбы.
— Неправда! — чуть не выкрикнул Кевин. — Никто не имеет права мною командовать. Никто, понимаете?!
Отец Леонид вздохнул:
— Ты так и не понял, Кевин. Ты считаешь, что у тебя отнимают свободу. На деле же ее тебе дают. Не просто дают — дарят. И этот дар — самый великий дар в мире. Есть много людей, которые отдали бы все за то, чтобы оказаться сейчас на твоем месте. Но Джара выбрала именно тебя. Мне хорошо понятны твои метания, я сам прошел через все этого. Будь у нас время, я бы ждал, пока ты сам все поймешь и примешь свой путь таким, каков он есть. Но времени у нас нет. Поэтому ты просто должен мне поверить.
Кевин молчал, опустив голову.
— Подумай о своих друзьях, Кевин, — произнес джар. — О своей девушке. Без тебя их всех ждет гибель.
— Так нельзя, — тихо ответил Кевин. — Это нечестно.
— Ты считаешь, что я шантажирую тебя? — Отец Леонид снова вздохнул. — Если бы это было так… Беда в том, Кевин, что я говорю правду. Есть вещи, которые я просто знаю — думаю, тебе уже знакомо это чувство? И это знание говорит мне о том, что Кэт и твои друзья не проживут и шести месяцев. Тебя это касается тоже. Правда, твоя сила позволит тебе протянуть немного дольше. Но подумай, какая жизнь тебя ждет? Знать, что мог помочь и не помог — впору будет самому удавиться.
Кевин продолжал молчать. Вздохнув, отец Леонид поднялся.
— Я сказал тебе все, что должен был сказать. Выбор за тобой.
Повернувшись, джар пошел прочь, Кевин проводил его взглядом. Отец Леонид исчез среди деревьев, парк тут же начал растворяться, превращаясь в безликое серое марево. Спустя секунду Кевин открыл глаза — и увидел над собой звездное небо.
Было очень тихо, лишь где-то неподалеку выводил свою скрипучую песенку местный сверчок. Затем небо озарилось вспышкой промчавшегося метеора: проводив его взглядом, Кевин посмотрел на свернувшуюся калачиком Кэт, осторожно прикрыл ее одеялом — с моря веяло прохладой. Потом поднялся и пошел к воде. Зайдя по щиколотку, нагнулся и умылся. Снова вышел на берег, сел. Охватил колени руками…
Ему было плохо. Все рушилось. Он смотрел на спокойные воды лагуны и чувствовал боль. Щемило сердце, страдала душа. Ну почему, почему его не могут оставить в покое?
Самое ужасное, что выбор уже был сделан. Кевин это знал, чувствовал. Но вот согласиться с этим выбором, принять его было невыносимо трудно. Это море, этот пляж, проведенные с Кэт дни и ночи — все это было уже в прошлом. Скоро взойдет местное солнце, и их недолгому счастью придет конец…
Он не знал, сколько так просидел. Затем встал, вернулся к Кэт. Осторожно опустившись на одеяло, лег, обнял спящую девушку. Та слабо шевельнулась.
— Спи… — . прошептал Кевин и крепче прижал ее к себе. — Я никому не позволю тебя обидеть.
Известие о том, что им надо возвращаться, Кэт восприняла очень спокойно.
— Все равно это должно было когда-нибудь произойти, — сказала она, пожав плечами. — Я ведь говорила — сказка не может длиться вечно.
— Прости, — извинился Кевин. — Так получилось.
— Ерунда. И куда мы летим?
— Возвращаемся на Меоту, мне надо там кое-что забрать из камеры хранения. Дальше будет видно.
— Хорошо, — согласилась Кэт и улыбнулась. — Летим!
Ему было жаль покидать Тарту. Но отец Леонид всегда говорит правду. И если он сказал, что без помощи Кевина все погибнут, то так оно и будет.
