Мы привыкли делить обязанности по устройству лагеря. Сегодня я занималась лошадьми, Дайрос лагерем, а Аркарион ужином. Пока я снимала седла и кормила наших скакунов, мужчины разожгли магогонь, разместили спальники. Артефакт был дорогим и одноразовым, но спасал вот в такие дождливые дни, когда не было возможности разжечь костер.
К тому моменту, как я закончила с лошадьми, уже закипела вода. Дайрос сразу передал мне горячий травяной отвар, чтобы согреться. От котелка доносились приятные ароматы, а желудок заурчал. Бесик уже расположился у костра и активно вылизывался. Малыш не любил сырость и большую часть пути прятался под моим плащом, служа грелкой.
— Почти готово, — объявил Аркарион, взглянув на меня задорно, словно услышал вой моего желудка. Хотя, может, так оно и есть.
Мы расселись вокруг костра с мисками, полными каши. Хорошо, что мужчины хорошо готовят. Воцарилась атмосфера умиротворения. В груди поселилось тепло, несмотря на мерзкую погоду. Сейчас я не готова сказать этого вслух, но я рада, что больше не одна, что встретила Аркариона и Дайроса на своем пути. С ними одиночество отступило. Пусть будущее мое было неопределенно, но вернулась уверенность в собственных силах.
— Сегодня ты счастливица, — заявил Аркарион, приобняв меня за плечи и мимолетно притянув к себе. — Проведешь ночь с двумя красавцами.
Я подавилась кашей. Нельзя же такое заявлять, когда я ем!
— Чего?! — прохрипела я, откашливаясь.
— Холодно, мы соединим спальники, — пояснил вместо смеющегося Аркариона Дайрос.
Я наградила Арка суровым взглядом, всем своим видом поясняя, что ему несдобровать, если начнет распускать руки. Но он не проникся.
— Еще каши, Лекс?
— Давай, — с тяжким вздохом передала ему миску.
Мужчины действительно не шутили. Спальники соединили, а мы разлеглись на них, укрывшись всеми одеялами. Я легла по центру, Аркарион с Дайросом с обеих сторон от меня. Где-то я читала, что температура тела мужчин выше, чем у женщин. Теперь я могла с уверенностью сказать, что так оно и есть. Мужчина — отличная грелка в случае непогоды. А уж если их двое — спокойная ночь обеспечена. Не всем, конечно, но мне точно. Но оказалось, я ошибаюсь.
— Лекс, — я успела задремать и голос Аркариона вырвал меня из сна.
— Чего? — я вскинулась, решив, что что-то случилось.
Царили ночь и тишина. Магогонь тлел, обогревая ноги. Бесик спал возле него, укрытый своим одеялом.
— Все в порядке, — мужская ладонь скользнула на талию. Аркарион придвинулся. Его дыхание коснулось лица. — Понимаешь, ты так близко, — зашептал на ухо. — Мысль о том, что я могу тебя поцеловать не дает заснуть.
— Если поцелуешь, мешать спать будет другое, — проворчала я, мельком взглянув на Дайроса. К счастью, он спал к нам спиной, потому что наглый оборотень решил, что я не против.
Губы Аркариона в мгновение завладели моими. А руки притянули к твердой груди, сжали так сильно, что перехватило дыхание, и я невольно вцепилась в его плечи. Было уже не просто тепло, а жарко. Я отзывалась на этот поцелуй, утопая в новых ощущениях, волнующих и пугающих одновременно, потому что я никогда не испытывала ничего похожего. Сердце зашивалось в беге, пальцы подрагивали, а мысли наполняло сладкое томление.
— Хватит-хватит, — прошептала я, зажмурившись и с трудом прервав этот поцелуй.
— Ты была права, — Аркарион хрипло рассмеялся. — Теперь я точно не усну.
— Хочешь я тебя стукну, проспишь до утра.
— У тебя слишком тяжелая рука, — Аркарион вновь сжал меня в объятиях, чересчур крепко, что я перестала дышать на краткие мгновения этого объятия. — Я так рад, что встретил тебя, Лекс.
После поцелуя и слов Аркариона я и сама не сразу заснула, взбудораженная до глубины души. Что это было? Просто тяга к новым ощущениям? Или сейчас происходит тот момент перехода расположения в чувство влюбленности? Как же хорошо было на Земле, там дедушка запрещал общаться с мальчиками. Теперь то я знала, сколько от них головной боли и душевных терзаний. А ведь это только начало.
Усталость взяла свое и я медленно заснула, провалившись в странный сон-явь. Огонь. Лед. Синее пламя кружило вокруг меня, разносилось в стороны, кроша в ледяную крошку стены, деревья, животных и людей. Я несла смерть, и крики ужаса сопровождали мой путь.
— Лекс!
Сон развеялся, когда кто-то встряхнул меня. Тело сотрясала дрожь, меня лихорадило. Я не могла понять, что происходит. Не сразу различила лица Аркариона сквозь пелену слез. Он крепко обнял меня, укутывая в одеяло.
— Ледяная, — прошептал Дайрос, коснувшись моей щеки. — Я вскипячу воду, — он поспешил к сумкам, чтобы достать еще одну пластину магоогня.
— Что… что… — я дрожала так, что зуб на зуб не попадал и не удавалось выговорить вопрос. Аркарион медленно качал меня, растирая плечи руками.
— Меня разбудил свет твоего орамера. Ты металась, твоя кожа вдруг начала покрываться инеем. Что это было, Лекс?
Я лишь отрицательно замотала головой, смаргивая слезы. Кто бы мне объяснил, что происходит. Тело продолжала бить дрожь, существо наполняла тревога, а в мыслях все еще звучали крики сгорающих в синем пламени людей.
