О Рике я ничего не знала. Он тайна, которую и хочется разгадать, и страшно разочароваться. Может быть, он жаждал приключений, а я показалась легкой добычей. Может быть, решил совместить приятное с полезным: переждать бурю и получить удовольствие. Может быть…
Я не могла уснуть, изводила себя подобными мыслями. Становилось только хуже. Однажды я уже доверилась мужчине, а он не нашел в себе силы даже выслушать меня. Снова открыть кому-то душу было страшно.
Отчего-то вспомнилась сцена в парке. То, что Рик бил Дика, защищая мою честь, не зная, что я рядом, многое говорило о нем. Неудовлетворенное желание сменилось нежностью и глухой, непонятной тоской. Главное не привязываться, напомнила себе, тогда и терять будет не так больно.
***
Утром снова было не до разговоров. Когда я почувствовала как что-то влажное коснулась моей щеки, решила, что Рик пришел разбудить меня поцелуем. Открыла глаза и увидела Мика. Мышонок снова ткнул в меня носом. Для верности еще и потоптался по обнаженному плечу, выпустив крошечные острые коготки.
– Вставай! – пропищал он. – Я один не справлюсь.
– Что опять случилось? – я не скрывала раздражения, за которым стояло обычное разочарование. – Можно хоть один день просто поспать? Повесь табличку “выходной” и никого не пускай в лавку.
– Можно, но нельзя! – ответил Мик. Понятнее не стало. – Рику плохо. Я лечить людей не умею.
Сон как рукой сняло. Я вскочила с постели, на ходу надела халат, завязала пояс. Сбежала вниз по лестнице.
Рик лежал на диване в гостиной в той же позе, в которой я его оставила накануне. Он был бледен до синевы. Под кожей проступили вены. Белки глаз бешено вращались под прикрытыми веками. Стало по-настоящему страшно.
– Что с ним? – задала риторический вопрос.
– Не знаю. Что вчера было?
– Много чего, – ушла от ответа, – но твой приятель выглядел намного лучше.
Мышонок сел рядом с Риком, поводил носом, принюхиваясь.
– Судя по запаху, яд, – произнес он. – Я за лекарем.
Я спешно отключила защиту дома, открыла дверь, выпуская моего крылатого помощника. Он явно доберется и приведет помощь быстрее, чем я. Мне оставалось только ждать, но именно этого я не умела.
Нейтрализовать яд, не зная его происхождения и состава, не могла. В лучшем случае у меня ничего не получилось бы, в худшем – можно ускорить его действие. Мысленно проклинала Гнустного Дика. Этот подлец не только бил изподтишка, но и в целом не гнушался грязными методами борьбы. Он родную мать продал бы, если бы подобная сделка принесла ему ощутимую выгоду.
Тяжелее всего ощущать собственное бессилие, невозможность помочь. Так было, когда в районе, где я жила, распылили отравляющий газ. Так правительсвтво в моем родном мире боролось с недовольными. Меня спасло только то, что я задержалась в учебном центре. В тот день я могла погибнуть вместе с родителями и еще несколькими десятками людей, вся вина которых заключалась лишь в том, что они хотели жить по-другому, не подчиняясь системе.
– Держись, – попросила, сжав ледяную руку Рика. – У меня к тебе слишком много вопросов. Не думай, что так просто отделаешься.
Я считала минуты. Ожидание казалось вечным. Наконец, в дверь постучали.
– Кассия, – пропищал Мик в самой высокой тональности, едва не оглушив. – Мы прилетели, ой, пришли. Открывай!
Я сняла наложенную защиту, которая теперь активировалась при каждом закрытии двери, впустила мышонка и седобородого старичка. Оразмунд Силкович был моим давним клиентом. Неудивительно, что он откликнулся на просьбу помочь.
– К делу, – произнес лекарь, едва переступил порог моего дома. – Итак, где наш больной?
Он подошел к Рику, поводил над ним руками, прочитал какие-то заклинания. По тому, как с каждой новой попыткой что-то выяснить кустистые брови старичка все ближе сходились на переносице, я поняла, что дело плохо. Под руку не лезла, не мешала, так, пару раз выглянула из-за плеча.
– Впечатлительных барышень прошу покинуть помещение, – не выдержал моих метаний Оразмунд. – Идите, голубушка, выпейте чаю на крылечке или прогуляйтесь до ближайшего магазина за покупками.
– Все настолько плохо?
– Некоторых вещей лучше не видеть, – произнес лекарь, не щадя меня. Мик поддержал его и обещал присмотреть. Принес мне кошель с деньгами и попросил прислушаться к совету “опытного целителя”.
Я, конечно, никуда не пошла. Осталась за дверью собственного дома. Полила цветы на клумбе, травы в маленьком огородике на заднем дворе, посчитала ворон, галок и других птиц, пролетавших по своим делам. Еле дождалась, пока Оразмунд разрешит вернуться.
– Пара дней и будет как новенький, – успокоил меня лекарь. – Все необходимое на столе: состав, пропорции, график приема.
– Спасибо, господин Оразмунд. Сколько я вам должна?
– Ничего, голубушка! Я таким отравлением всего второй раз в жизни столкнулся. Самому интересно было. Но если немного морозника привезете, буду признателен.
Старичок улыбнулся. Я поблагодарила его, кивнула, хотя внутренне содрогнулась. Ученый до мозга костей, он даже на себе ставил эксперименты. Что говорить о других?
