— Так, а я что делать должна? — спросила Оксилия.
— А у тебя, мне кажется, и так всё есть. Уверенность, твёрдость, наглость порой, — Грэй хихикнул вод взлетевшие брови подруги, — много любопытства, что надо исправить. Ты должна следить за тем, что делаешь и куда идёшь. Но на тебя вполне можно положиться, хотя проблем ты можешь много доставить… Ничего, мы с тобой поработаем над этим.
— О, нет, — простонала подруга. — Звучит как угроза. Можно мне домой?
Мы рассмеялись в такой непринуждённой обстановке Грэй продолжил рассказывать про стихии и терпеливо отвечать на все вопросы. Он рассказал, что каждая стихия имеет своего дракона, но, чтобы его призывать, надо услышать его имя. Подруги задумчиво переглянулись и продолжили нескончаемый поток вопросов:
— А мы сможем становиться стихиями? Я смогу стать деревом?
— А летать я смогу?
— А у меня может быть хвост? Я буду понимать рыб? Русалки есть? Водяной?
— Я смогу превратиться в тигра? Р-р-р! Я бы всех врагов заставила бояться!
— А я ведь и впредь буду слышать ветер? А я смогу становиться ветром?
— А как мне научиться исцелять?
— Тише! — воскликнул, не удержавшись, Грэй, схватившись за голову, а я громко искренне рассмеялась. — Успокойтесь! Помедленнее и поспокойнее! Всему своё время! Будет желание — научитесь так быстро, что даже глазом не успеете моргнуть!
— Я уже проморгала раз тридцать! — заметила Оксилия.
— Ну, значит, совсем скоро! Так, давайте устроим перерыв, — предложил Грэй, глянув на солнце. — Перекусите и прогуляйтесь, а вечером продолжим.
Мы все уже встали, а Грэй хотел было уйти, как Луиза подскочила, что-то вспомнив:
— Вспомнила! Грэй! — Тот обернулся. — Хотела спросить ещё. Ты говорил, что нам надо кого-то опасаться. Кого-то, кто убил одного элемента восемнадцать лет назад. Но кто этот человек?
— Его зовут Рафел, — без колебаний ответил Грэй серьёзно. — Если услышите это имя, бегите, не раздумывая. Он самый непредсказуемый из всех вместе со своим учеником Крамом. Остальное потом. Встретимся после полудня.
И наш учитель быстро зашагал прочь, оставляя нас, а вот у меня в голове ещё несколько раз прозвучало это странное необычное имя.
Рафел.
— Смотри! Смотри! — заверещала Оксилия, выпуская небольшой прозрачный шарик, похожий на мыльный пузырь, в небо.
Вокруг нас столпились дети, во все глаза глядящие на шар. Тот поднялся на два-три метра над нами, чуть вспыхнул белым и преобразился в голову зарычавшего дракона. Рык оглушил всех нас и разнёсся по всему рынку. А, когда всё стихло, дети закричали и запрыгали от счастья, не зная конца своей радости.
— Вот это чудеса! — восхитилась Оксилия и хотела было уже броситься обратно в магазин за новой покупкой одноразового шара, как мы с Луизой одновременно её схватили и оттащили подальше. — Что вы творите, ядрёный комар?! — задёргалась та.
— Пытаемся спасти от банкротства, — объяснила я.
— Ты и так половину мешочка истратила! — возмущённо заметила Луиза. — Повремени. Деньги могут пригодиться!
— Это атеномы! — возмутилась Оксилия. — И отпустите же меня, наконец!
— Эй! Дамы! — раздался голос в толпе, хозяин которого тут же выбежал к нам, блистая рыжей шевелюрой. — Хотите летающей сладости?! — спросил Эрик и охнул, чуть не выпустив конфету в свободный полёт.
— Хочу! — звонко отозвалась Оксилия и вырвала сладость из рук, бросив в рот.
— Только не глотай!!! — одновременно предупредили я, Луиза и Эрик, а Анжелика охнула.
Через некоторое время мы все стояли вокруг скрученной за рынком подругой, которая держалась за живот и пыталась вывести сумасшедшую сладость из себя, вся бледная и раздосадованная.
— Мы же… — начала Луиза, но Оксилия сильно ударила той по ноге и продолжила вставлять два пальца в рот.
— Предупреждали, — усмехаясь, закончила я и получила такой смертельный взгляд от подруги, что невольно подумала о завещании.
— Ничего, дамы, скоро всё пройдёт, — утешил Эрик с весёлыми искорками в глазах. — Это нестрашно.
— Снова тот человек в цилиндре, — вдруг тихо произнесла Анжелика.
Все устремили свои взгляды туда, куда смотрела подруга. Призрачный мужчина, не замечая нас, прошмыгнул в листву небольшого луга, исчезая.
— Вы тоже его видите? — удивился Эрик. — Эки я удивляюсь: вы же свои! Странный тип.
— А кто он? — спросила Анжелика.
— Грэй что-то рассказывал про это… — задумался парень. — Как там её?.. Цирк собрался и поехал, а фокусник остался. Так, что ли? Суть в том, что его бросили, насколько я знаю.
— Но почему?! — воскликнула Анжелика.
— А волк его знает! Ходит, как призрак, ни с кем не разговаривает. Странный тип. Но цирк был отменный! Летали! Кувыркались! Взрывались! Падали! Умирали и оживали! Словами не передать!
— Ты как будто хоррор пересказал, — пробурчала Оксилия с перекошенным лицом, а затем, наконец, летающая сладость точно выпрыгнула из её рта и без задержек устремилась вверх, а подруга облегчённо выдохнула так, как никогда раньше, и свалилась на мягкую траву. — Слава тебе Господи, я жива и спасена.
Мы невольно все поморщились.
— Думаю, урок на всю жизнь, — сделала вывод Луиза.
