Дженис с большим удовольствием понаблюдала бы за этим противостоянием между миссис Би и старшим консультантом.
– А волонтеры ненамного лучше. Особенно одна женщина, которая разговаривала со мной, будто с ребенком. Она питала странное пристрастие к футболкам, украшенным надписями вроде «Пожалуйста, будьте добры к животным». Я поблагодарила ее за напоминание и сказала, что в следующий раз хорошенько подумаю, прежде чем выбрасывать котенка в мусорный бак.
– Как вам не стыдно, миссис Би! – качает головой Дженис, и все же она не в силах сдержать смех.
– В вашей жалости она не нуждается. Почти уверена, что в отместку она плюнула мне в суп.
– Суп? Неужели она не веган? – (Миссис Би фыркает.) – Как ваши дела? – спрашивает Дженис.
– Я собиралась задать тот же вопрос вам.
– Идут помаленьку. В гости приезжал мой сын Саймон, мы замечательно провели время, а еще я рада, что он поговорил с Майком и убедил его отдать мне машину и согласиться на продажу дома.
Дженис не рассказывает миссис Би о нытье Майка. Ее муж уверен, что уж кто-кто, а Джорди Боумен вполне мог себе позволить выкупить его долю. Умолчала она и о том, что видела Майка за рулем «БМВ», принадлежащего хозяйке ближайшего паба. Похоже, Майк без труда нашел Дженис замену и обрел утешение в объятиях пышногрудой вдовы хорошо за пятьдесят. Единственное, что Дженис почувствовала, когда об этом узнала, – удивление: она должна была это предвидеть. Ей почти жаль вдову. Почти, да не совсем. Когда Дженис приходила в паб вместе с Майком, хозяйка смотрела на нее как на всего лишь уборщицу.
Дженис поймала себя на том, что уже некоторое время сидит, уставившись прямо перед собой, и перевела взгляд на миссис Би:
– Пока не оформят продажу, нашла себе скромное жилье. – Дженис не признается миссис Би, что поселилась в жутком хостеле. Она никому об этом не рассказывает. Наверное, причина в ложной гордости, но Дженис надеется, что скоро оттуда съедет. Вместо этого она добавляет: – Моя подруга Фиона очень меня поддерживает, иногда я остаюсь ночевать у нее. Она мама Адама. Помните, я вам про него рассказывала?
– Ах да. Как он поживает?
– Нормально. Идея завести собаку уже не кажется ему такой дикой.
Больше миссис Би ничего объяснять не надо: она знает о побеге Адама. Старуха даже уговаривала Тиберия, чтобы он разрешил мальчику выгуливать Деция, но безрезультатно.
– А у вас как дела, миссис Би? Что нового? Как Майкрофт?
– Можно сказать, что я его подвела. Я переезжаю.
– Ой, миссис Би, не надо! Ваши книги… Август… Пожалуйста, подумайте… Наверняка можно найти какой-то выход.
Дженис не говорит вслух о том, что ей будет ужасно не хватать библиотеки миссис Би, но именно об этом она сразу подумала.
– Нет, наступает время, когда приходится признать, что перемены неизбежны. Лестницу мне больше не осилить… А Тиберий…
– Что – Тиберий?
– Да, в этом сюжете ему отведена роль злодея, но все же он мой сын, и я предпочла договориться с ним по-хорошему. Это оказалось не так уж и трудно.
«Еще бы», – думает Дженис, вспомнив про два миллиона фунтов.
– Куда же вы переедете?
– Мы нашли в комплексе для пожилых людей апартаменты на первом этаже с видом на реку. Они довольно просторные, и я смогу перевезти туда значительную часть библиотеки, к тому же Тиберий согласился вернуть мне часть коллекции вин. Буду сидеть, попивать кларет и любоваться рекой. – Миссис Би вскидывает брови. – Кажется, по средам там играют в бридж.
– А во второй половине дня наверняка занимаются рукоделием. Уверена, вам понравится, – подхватывает Дженис.
– Нет, не понравится, потому что ноги моей на этих занятиях не будет! – с чувством произносит миссис Би.
– А как насчет викторин?
– Отвяньте, Дженис! – Потом миссис Би берет ее за руку. – Вы ведь будете у меня убирать? Но даже если нет, придете выпить со мной джина?
– Согласна и на то и на другое, миссис Би, – отвечает Дженис.
– Вы изменились.
Судя по ее тону, не в лучшую сторону.
– И что с того?
– Когда я в прошлый раз заметила в вас перемену, вы сказали, что счастливы, – делится наблюдением миссис Би и замолкает.
– И что с того? – нетерпеливо повторяет Дженис.
– Сейчас вы совсем не выглядите счастливой. Не хотите рассказать почему?
– Не могу, миссис Би.
Как признаться в том, что была на верном пути, но в конце концов ее чувство вины, вернее, то, что от него осталось, не дало ей прийти к счастливому финалу? И вообще, Дженис грех жаловаться. В детстве ей больше всего не хватало нормальной семьи, а теперь у нее появилась возможность наладить отношения и с сыном, и с сестрой. Джой уже вовсю выбирает подходящие даты для поездки в Канаду.
– Вы уверены?
Дженис кивает. Нет, она не в состоянии говорить с миссис Би о Юэне. Он до сих пор регулярно ей пишет. У Дженис рука не поднимается удалить его номер, но прогресс уже есть – бывают дни, когда она перечитывает его сообщения всего четыре-пять раз, не больше. О Деции Дженис старается не вспоминать, просто живет с этой потерей, как с незаживающей раной.
– Я недавно думала о «Ярмарке тщеславия», – произносит миссис Би, сжимая руку Дженис.
Та рада, что ее подруга сменила тему.
