Я быстро натянула халат и достала артефакт связи, затем активировала вызов.
Артефакт показал, что вызов принят, но с другой стороны была тишина.
"Как ты?" — прошептала я, мой голос еще не вернулся.
Я услышала кашель и сиплый голос в ответ: "Жить буду."
"Прости," — я не знала, что сказать принцу. Если бы это касалось только меня, я бы справилась, но ему, судя по голосу, было не лучше. Хуже всего, что он знал, что произошло и почему такие последствия.
"Надеюсь, на сегодня вы закончили?" — все таким же сиплым голосом с нотами обреченности спросил Себастьян. — "Я понимаю, что герцог соскучился, но боюсь, еще пару таких откатов, и разрывать связь будет уже не с кем," — просипел еле живым голосом принц и снова сильно закашлялся.
"Себастьян?" — спросила я, когда кашель стих и воцарилась тишина. — "Хаос, что с тобой произошло?"
"Мало приятного, но подробности я, пожалуй, опущу. Ты в порядке?" — почти шепотом спросил принц.
"Уже да. Прости меня," — я сжала раковину с такой силой, что казалось, она вот-вот треснет прямо под моими руками.
"Мне пора," — ответил принц, и связь оборвалась.
После этого случая между нами с Ридом, будто повисла какая-то недосказанность. Он был все так же нежен и учтив, каждое утро мне приносили свежие букеты от советника, все с теми же свитками с легендой. Но я чувствовала напряжение каждый раз, когда он прикасался, и мы оба напрягались. Он боялся снова причинить мне боль, а я, как ни странно, боялась отката для Себастьяна. Его обреченный сиплый голос что-то потушил во мне или, наоборот, возбудил. Сложилось впечатление, что страсть к Риду затухла под волной беспокойства за Себастьяна.
Через неделю события того утра немного померкли, и герцог позволял себе не только мягкие поцелуи. Я чувствовала, как он сдерживает страсть и желание, видела это в его глазах. Но прежних желаний его прикосновения больше не вызывали. Возможно, мне было удобно прикрывать все это заботой о Себастьяне, но на самом деле что-то изменилось в моем отношении к герцогу. Его свитки с легендами больше не вызывали былого трепета, и от его прикосновений не бежали мурашки.
Однажды, гуляя по саду, я задала вопрос Риду, который давно назревал, но я не решалась.
"Рид, что будет, если мы не сможем разрушить связь еще несколько месяцев или даже год?" — я подняла голову и посмотрела на расслабленного герцога. Мы сидели в саду у фонтана, и он обнял меня, накручивая локоны на палец. Вечерние сумерки уже опустились на город, и в саду царила романтическая атмосфера, а воздух наполнился свежестью.
"Хороший вопрос, дай подумать," — он улыбнулся своим мыслям.
"Рид?" — спросила я, мне было интересно знать, о чем он думает.
"Тогда я могу только по-мужски посочувствовать бедному принцу. Такие сроки воздержания вредны для здоровья," — улыбаясь, ответил герцог.
Что-то меня смутило в его ответе — "А как же ты?"
"Милая, мне хватило мозгов не связывать себя ни с кем клятвой верности. Не волнуйся, я взрослый мужчина и умею справляться со своими желаниями. Не забивай свою прелестную головку глупостями. Я готов ждать тебя несколько лет, дорогая," — он нежно поцеловал меня, и мы продолжили разговаривать о придворных сплетнях и смеяться над модой.
Так прошло еще несколько недель, и наши отношения с Ридом казалось, приобрели былые краски. Мы общались легко, он все так же тащил меня в скрытые уголки, чтобы подарить поцелуй между делами во дворце.
С Себастьяном после того случая я связывалась только один раз, и наш разговор был натянутым. Он сообщил, что проверяет советников, но пока не удалось определить, кто из них может быть еще одним менталистом. Себастьян убедился в наличии еще одного менталиста среди них, когда во время заседания Совета сработал эльфийский амулет. Однако он не смог проверить, кто именно пытался воздействовать на принца, не раскрыв наличие защитного амулета. Мы практически зашли в тупик. Но он постепенно проверял и собирал пазл в голове по информации, которую я рассказала о прошлых событиях.
До моего отъезда в Форестси оставалась неделя. Мы с Кристофом, как часто бывало, заседали после ужина у него в кабинете. Как называл их Рид, семейное помешательство. Он часто покидал нас, не выдерживая чуть ли не дословного изучения свитков о разломе, которые я привезла для Короля.
