– Как его зовут? – указала она пальцем на мальчика.
– Не знаю, дорогая, он не говорит, – я присел, чтобы быть ближе к дочери и нам было удобнее разговаривать.
– Почему?
– Наверное потому, что не хочет.
Мидара сморщила свой маленький лобик, не понимая, как можно не хотеть говорить. Ведь в свои четыре года она заваливала всех вопросами и не отставала, пока не получала ответы.
– Папа, можно я спрошу, как его зовут?
Я кивнул.
Не торопясь, она подошла к кровати и присела на самый ее краешек.
Я наблюдал.
Мидара явно смущалась, она не привыкла, что на нее не обращают внимания.
Посидев немного в раздумьях, она съехала на пол, встала на коленки и развернулась лицом к мальчику.
Пытаясь заглянуть ему в глаза, она наконец задала свой вопрос:
– Как тебя зовут?
Пару мгновений ничего не происходило, а потом мальчик повернул голову, долгим взглядом посмотрел на Мидару и наконец охрипшим голосом тихо произнес:
– Ты вкусно пахнешь яблоками.
Поняв мальчика по-своему, Мидара протянула так любимый ею фрукт.
– Оно вкусное, – украдкой проговорила она.
Не торопясь, он взял яблоко.
– Ешь, – поторопила его Мидара, – ты умеешь есть?
Взрослому человеку может показаться этот вопрос странным, но мальчик молча поднес яблоко ко рту, откусил кусочек, прожевал и проглотил. Все это он проделал, не отводя взгляда от Мидары.
– Как тебя зовут? – повторила свой первый вопрос Мидара.
– Максимилиан.
– Ну вот, – громко проговорила моя дочь, – его зовут Макс.
Я боялся, что-то сказать или сделать, боялся, что мои действия или слова могут повлиять на мальчишку, и он опять замкнется, поэтому я стоял, ничего не говоря и не двигаясь.
– А сколько тебе лет?
Теперь уже она забралась на кровать с ногами и подсела к Максу ближе. Диалог завязался, и она не чувствовала смущения.
– Семь.
– А мне вот, – и она показала четыре пальчика.
Задумавшись и решив что-то про себя, она неожиданно спрыгнула с кровати и выбежала из комнаты. Либелия вышла следом, мы снова с мальчиком остались вдвоем.
Не торопясь и не делая резких движений, я подошел к кровати и присел на корточки.
– Если я попрошу принести тебе мясной бульон, ты поешь? – спокойно произнес я свой вопрос.
Главной моей целью было накормить ребенка.
– Да, если только она будет рядом.
Я кивнул, понимая, кого Макс имеет в виду.
– Как ее зовут? – спросил мальчик.
– Мидара. Я схожу за ней и прикажу, чтобы тебе принесли еды.
Но не успел я выйти из комнаты, как снова вошли Мидара и Либелия. Дочь гордо несла свою любимую игрушку – волка, которого она сшила сама под руководством своей няни. Он был из плотной серой ткани с глазами-пуговками. Снова залезла на кровать и подползла к Максу, сев совсем близко, буквально к нему под бок. Она крутила и вертела своего волка, показывая, где у него что. А мальчишка внимательно ее слушал.
– Правда он красивый? – снова спросила Мидара.
Макс улыбнулся и кивнул.
Я подошёл к Либелии и приобняв спросил:
– Как думаешь, почему?
– Не знаю, я думаю, время покажет. Сейчас рано о чем-то судить.
С того момента самочувствие мальчика начало улучшаться. Мы решили не ворошить его прошлое, побоявшись причинить боль, и не стали задавать вопросы о его семье и произошедшем у реки. Отныне Макс начал жить с нами.
Я лежала на траве под тенью огромной яблони. Поддувал легкий приятный ветерок, спасая от летнего зноя.
Нащупав камушек, я прицелилась и кинула его в недозрелое зеленое яблоко. Не попав, я прикрыла глаза и стала шарить по траве рукой, ища еще камушек, чтобы попробовать снова. Перед глазами стало темнее, я поняла, что солнце мне загородили. Приоткрыв глаза, я увидела моего брата. Он сел рядом и подал то, что я искала.
Мы часто с ним сидели здесь и соревновались, кто собьет с дерева больше яблок. Конечно, всегда выигрывал он, потому что был старше меня. Именно в этом я видела причину его постоянных побед.
– Тебе надо научиться оценивать расстояние. Когда ты кидаешь камень, он у тебя всегда либо не долетает, либо перелетает. Да и лежа кидать не очень удобно, – решил поделиться своей мудростью Макс.
Я села, прицелилась, очень хотелось попасть по яблоку, показать Максу, что тоже могу. Мне было важно его мнение. Прикусив язычок, еще раз мысленно рассчитала траекторию и запустила камушек в намеченное яблоко. Камень попал в цель, но плод остался висеть на месте.
– Ты видел? Ты видел? Я попала! – меня переполняла радость и гордость за себя.
– Ага, молодец, – услышала в ответ.
Он сидел и улыбался так, как-будто это он сам попал сейчас по яблоку. Я не понимала его. Он такой взрослый, а сидит здесь со мной, с такой маленькой, и учит, как кидать камни. А потом ещё и радуется моей победе. Я снова перевела взгляд на яблоко и не сдержавшись задала вопрос, который меня волновал уже не первый день:
– Вот никак не пойму тебя, братишка, – протянула я, не отводя взгляда от качающегося яблока, – что ты со мной всё возишься? У нас столько мальчиков твоего возраста и у слуг, и у соседей, а ты всё со мной?
