Уилла чуть не расплакалась от запаха, который пьянил ее: кедр и лаванда, с оттенками древесины и отбеливателя. Именно этот запах у нее всегда ассоциировался с бабушкой.
Джорджи всегда была чрезвычайно опрятна. Уилла помнила, как однажды отец сказал ей, что первым звоночком, что с Джорджи было что-то не так, стала немытая посуда в раковине в ее квартире.
Джорджи никогда не оставляла грязную посуду в раковине. После этого ее память только ухудшалась. Отец упаковал эти коробки, что должно было быть для него тяжелым испытанием. Он всегда уважал личную жизнь его мамы. Видимо, именно поэтому они выглядели так, будто их упаковывали с закрытыми глазами.
В первой коробке хранились вещи из гостиной бабушки. Уилла начала ее разбирать. Каждая вещь была заботливо обернута в газету: хрустальная конфетница, вышитые подушки, Библия, фотоальбом.
А вот здесь стоит поискать.
Уилла убрала остатки газеты с альбома, положила его на колени и раскрыла. Она помнила, как еще ребенком рассматривала его. В нем хранились фотографии ее отца. Только отца. У бабушки били и ее фотографии, но они стояли в рамочках на телевизоре. Но у ее сына был собственный альбом. Уилла улыбалась, перелистывая страницы. Сначала на фотографиях Хэм был еще совсем малыш, потом уже пухлый маленький мальчик перед домом, который напоминал особняк «Пекан». Школьные фотографии. Выпускной вечер. Потом фотографии уже двадцатилетнего беззаботного очаровательного юноши. Уилле всегда больше всего нравились именно эти фотографии. Если бы она не знала, какая уготована ему судьба – рано овдоветь, стать степенным учителем химии, – она бы с уверенностью сказала, что его он наверняка должен стать публичным лицом. Киноактером. Политиком.
Но он хотел жить тихой жизнью. Он хотел ту жизнь, которую для него хотела его мама, потому что ее мнение очень много значило для него.
Она перевернула страницу, и ее улыбка погасла. На фотографии был ее тридцатилетний отец. На нем были смешные старомодные штаны, а волосы были длинные, она никогда не видела его таким. Руки он засунул в карманы и смотрел в камеру; казалось, даже сама фотография будто дрожала от силы, исходящей от его взгляда. Он выглядел так, будто весь мир – это спелый персик, который он собирается укусить. По какой-то причине Уилла вздрогнула. Сейчас она вспомнила о том, что не могла понять долгое время.
Она подумала о разговоре с одним из коллег отца на его похоронах, миссис Пирс. Она говорила, что Хэм был дамским угодником до того, как женился на ее матери. Уилле было трудно в это поверить. Но миссис Пирс настаивала, что, когда Хэм вернулся из колледжа, в нем что-то поменялось. Когда он был ребенком, его мать всегда была довольно строга с ним, и он был стеснительным мальчиком. Но, будучи взрослым, он кардинально изменился. Учителя-женщины всегда окружали его в учительской и приносили ему сладости, которые готовили всю ночь. Как-то раз он пригласил одну из них на свидание, и его пассия в течение нескольких последующих дней словно летела над землей, не касаясь ногами земли. Миссис Пирс также говорила, что и его ученицы были влюблены в него и иногда рыдали около горелки Бунзена в его кабинете и оставляли пряди своих волос в ящике его письменного стола. Она даже упомянула небольшой скандал, в котором были замешаны мамы его учениц, оказывавшие давление на администрацию школы: они хотели, чтобы Хэм стал деканом, директором и даже инспектором по учебному округу. И хотя сам Хэм был счастлив работать простым учителем, они не унимались и шли даже на шантаж. «Он был таким притягательным», – с тоской говорила миссис Пирс.
И теперь, увидев эту фотографию, Уилла наконец поняла, о чем ей рассказывали. Это фото наверняка сделала бабушка, так как Хэм был запечатлен около ее квартиры. Она, видимо, тоже поразилась тому, что увидела, так как фото было немного размазанным, будто камера немного дернулась за секунду до того, как была нажата кнопка затвора.
Уилла просмотрела и другие фотографии, но постоянно возвращалась к этой. Она должна была искать какие-то подсказки, которые помогут ей доказать невиновность бабушки, и фотографии ее отца никак ей в этом не помогут. Она должна отложить альбом и начать осматривать следующую коробку.
Но она никак не могла оторваться от этого фото. Почему этот снимок кажется ей таким знакомым, будто она его уже видела?
Все же она вытащила фотографию из альбома и положила ее на журнальный столик.
Остальные коробки она осмотрела за какие-то несколько часов. Как Уилла и думала, здесь не было ничего из жизни ее бабушки в «Мадам Блу-Ридж». Теперь ей нужно искать подсказки где-нибудь в другом месте.
Уилла поднялась со стоном. Она так долго сидела на полу, что ее ноги занемели. Она подошла к входной двери и проверила, закрыта ли она, а потом выключила свет в гостиной. Она прошла в кухню чего-нибудь выпить перед сном. Открыв холодильник, Уилла достала сок и сделала пару глотков. Поставив бутылку обратно, она повернулась.
И заметила ее.