— Я солдат, ваше высочество, а солдату не пристало много болтать. — У не склонного к веселью Таша на данный момент было только одно желание: прибить второго охранника, посадить ее на коня и увезти подальше. К сожалению, он слишком хорошо понимал, что пока не время. Не время.
— А что же пристало солдату? — Все еще улыбаясь поинтересовалась Рил.
— Молчать и выполнять приказы. У вас есть какой-нибудь приказ для меня, ваше высочество?
— Хорошо, если вы настаиваете… — Рил с деланным равнодушием пожала плечами, но в глазах заплясали озорные Свигрики. — Тогда поезжайте туда, не знаю куда, и привезите мне цветочек аленький, краше которого нет на всем белом свете!
Таш остановился на секунду, прежде чем сообразил, что это шутка. Рил расхохоталась. Впервые за свою новую жизнь, начатую с чистого листа. Глядя на нее, засмеялся и Таш.
— Ну вот, наконец-то вижу, как вы смеетесь! — С облегчением сказала Рил. — Я уже думала, что не умеете! А вы действительно выполните любой мой приказ?
Таш сразу посерьезнел.
— Да, ваше высочество.
— Ну, не надо так серьезно! Я приказываю вам — она капризно изогнула губки — никогда больше не называть меня "ваше высочество". Меня от этого уже тошнит. Зовите лучше госпожой Ирилой, хорошо?
Он поклонился.
— Ваше желание для меня закон, госпожа Ирила.
Они молча прошли еще немного. Наконец, Рил повернулась к нему.
— Ну что, возвращаемся? Нас там уже наверное заждались!
— Вас, госпожа Ирила. — Уточнил Таш, пристально глядя на нее. — Вас.
Она немного поникла.
— Да, разумеется.
Его уточнение испортило ей настроение, и Рил, подойдя к лошади, не спешила запрыгнуть на нее, как делала обычно. Помощь в этом деле ей уже давно не требовалась, и те, кто сопровождал ее до этого, прекрасно это знали. Знал и Таш, но сейчас ему было на это наплевать. Он подошел к Рил, поднял ее, на мгновение прижав к себе, и усадил на выделенную ей князем смирную гнедую кобылку, флегматично жевавшую сочную лесную траву.
Они возвращались молча, только Рил время от времени с непонятным выражением посматривала на своего особо приближенного охранника. Однако Инор с преувеличенным энтузиазмом нес свою службу, окидывая тяжелым взглядом окружающее княгиню пространство, и не давал ей ни малейшего шанса понять, о чем он думает.
Неожиданно они попали в затор. (В пробку — машинально подумала про себя Рил.) Впереди на перекрестке столпилось несколько тяжело груженых возов и телег, ехавших с рынка, слышались крики и ругань. Княгиня выразительно кивнула второму охраннику, и он отправился туда выяснять, долго ли им еще тут стоять.
На этот раз к ним никто не подходил и не просил ее благословения. Наверное, из-за духоты, — решила про себя Рил. А, может, потому что время было обеденное, и все торопились провести его с большей пользой, чем получая то, чего нельзя положить в рот.
Она хотела заговорить с Инором, но никак не могла начать. Слова не подбирались, и молодая княгиня, вдруг осознав, что ищет общества и внимания своего слуги, совсем растерялась.
Она отвернулась, приказывая самой себе перестать дурить, но тут всего в двух шагах от них, прямо у них на глазах начала разыгрываться маленькая драма, привычная, впрочем, взгляду любого ольрийца. Стайка мальчишек постарше окружила, повалила и начала пинать тощего парнишку лет восьми-девяти, одетого в драную и грязную одежонку, обзывая его такими словами, которых детям даже знать не положено.
Рил дернулась и возмущенно огляделась, но никто из взрослых, спешащих по своим делам, даже не посмотрел в ту сторону, предоставляя детям право самим разбираться со своими проблемами. Тогда молодая княгиня решительно дернула поводья и направила лошадь к месту побоища, но была остановлена железной рукой Инора.
— Не дергайтесь, госпожа Ирила! — Весьма непочтительно бросил он ей и легко соскочил со своего коня.
Он ничего не сделал, просто подошел, но почему-то ребятня тут же прекратила избиение и в ужасе разбежалась в разные стороны. Инор присел на корточки перед пытающимся встать и одновременно вытереть текущую из носа и разбитой губы кровь мальчишкой, что-то сказал ему и протянул несколько мелких монет. Тот взял, кивнул и, тяжело поднявшись, побрел в один из переулков. Инор вернулся и невозмутимо занял свое место позади княгини.
— Что вы ему сказали? — Спросила она.
— Я просто дал ему возможность выжить. — Совесть Таша была чиста. Самконг отдаст парня либо Фране, либо Грабу, а уж те пристроят его к делу.
— И часто такое происходит? — Глаза Рил подозрительно блеснули.
В ответ на этот наивный вопрос у Таша получилось выдавить довольно неприятную улыбку.
— С изгоями? Да почти все время!
— Почему?
Почему, почему… Потому.
