— Тогда привози свою невесту. Мы поговорим, пусть она останется здесь. Ты будешь моим советником, но не фаворитом. Я не в праве разлучать любящие сердца.
Мое предложение заставило Сапфира измениться в лице. От него пошла волна неподдельной радости, которая омыла меня, коснулась сердца и заставила потеплеть в груди.
— И как я раньше не заметил в тебе светлую кровь. — Тихо произнес Сапфир, наблюдая, как я меняюсь в лице, лучась от его радости. — Как только закончатся сборы и празднование, я могу отправиться вместе с остальными домой, чтобы убедить Рубин поехать со мной?
Я согласно кивнула. Асмодеус, не возражал. Он вообще выглядел загипнотизированным, уставившись на меня, словно увидел что-то, чего раньше не замечал. Наконец, меня отпустили поспать. Мужчины договорились, что для веселящейся толпы, Хранительница решила уединиться с фаворитами на всю ночь. Сапфир ускакал к кентаврам, чтобы не дискредитировать себя в глазах невесты. Асми принялся строчить письма от моего имени во все уголки Темных Земель, сообщающие о нашем визите. А Гато вызвался проводить меня до дверей спальни, потому что я буквально валилась с ног, усталость была столь болезненной, что я могла чувствовать ее физически. Со стороны Асмодеуса раздался странный рык, но он продолжил невозмутимо перебирать бумажки. Когда мы поднялись наверх, Гато порывисто меня обнял. Я была слишком уставшей, чтобы отбрыкиваться от рыжеволосого красавца. Он зашептал быстро быстро:
— Мне очень стыдно, Мелания, это все, наверное, моя светлая кровь. Но я счастлив, что не придется тебя с ним делить. — Тихо говорил мне солнечный кот, имея ввиду Сапфира. — Пусть еще немного времени я побуду твоим единственным.
Он поцеловал меня в макушку. А затем отпустил и сбежал вниз по лестнице.
Не забываем ставить оценки и комментарии! Мне это очень помогает писать
Лесная чаща.
Она питалась эмоциями. Очевидно, немыслимо, потрясающе. Наследие Асмодеуса от матери через ритуал передалось ей. Дикие псы умели питаться чужим страхом, обращая его в свою силу. Так они могли загнать почти любую свою жертву. Асмодеусу эта способность досталась в ином роде, он поглощал похоть. Умел также и нервозность и страх, но это не были его любимые эмоции. А вот Мелания питалась радостью. От знания того, что в ней есть что-то от него, Асмодеуса пробирало чувство удовольствия. Он еще долго возвращался в памяти к этому моменту, заполняя различные документы. Мужчина делал бумажную работу за Марьяну, теперь привычно выполнял ее за Меланию, за чем его застала Алина.
Женщина покачала головой.
— Ты должен научить ее. Кто знает, сколько времени вместе вам отведено. — то, что она говорила было правдой. Дикие псы после того, как им исполняется 60 переходят в свою звериную ипостась и больше не могут вернуться в человеческую. Асмодеусу было 59, но он надеялся, что светлая кровь в нем позволит противостоять проклятью диких псов. Говорили, что один из его сородичей тысячу лет назад разгневал тогдашнюю Хранительницу, и она прокляла весь его род, сказав «Раз ведешь себя как Зверь, зверем тебе и быть». С тех пор животная ипостась диких псов неизменно сильнее человеческой. Его мать с трудом находилась в человеческой форме уже в 40. Сестры и вовсе не любили переходить в человеческую форму.
— Ты права. — с болью признал мужчина, — Я возьмусь за ее обучение, как только она выйдет из Чащи.
Алина кивнула, сказала тихо:
— Помню это щемящее чувство восторга, когда Земля приняла меня. С таким не сравняться объятья ни одного мужчины.
В этом была вся Морра, она любила мужчин, ненавидела их, не мыслила без них своей жизни. Когда Асмодеус только познакомился с ней, она еще находилась в Силе, ей не понравилась новая компания ее дочери, но она разрешила ему остаться, не правильно поняв природу их отношений. Решив, что Асмодеус — один из многих, когда как на самом деле, он стал для Марьяны единственным настоящим другом.
