Блондинка была жива, но оставалась без памяти. На ее спине расплылось кровавое, казавшееся чернильным, пятно. Никто из присутствующих не сомневался, что она стала жертвой морского чудовища.
Все думали так. И совершенно напрасно…
Сначала Сергею показалось, что звонит будильник. Потом, когда будильник действительно прозвонил, стало ясно – это был телефон.
– Да… – закашлявшись, он похлопал рукой по тумбочке в поисках сигарет.
– Послушай… Ты, конечно, извини, что рано…
– Филиппов, ты?
– Я, Сергей Василич. Ты вот что, не приезжай сегодня в управление.
– Почему?
– Не приезжай, и все. «Асфальтович» совсем одурел, в пособничестве тебя обвиняет. Какое-то дело старое откопал и от расследования отстранил. Сховайся где-нибудь на время, а там видно будет. Каким числом подписан рапорт о твоем увольнении?
– Вступает в силу через пять дней. – Сергею удалось отыскать сигареты, но теперь не было спичек. – Черт!
– Остынь, говорю, – сказал Филиппов. – Необходимо потянуть время, мы с ребятами выправим ситуацию. Тебе нужно съездить в Балашиху и поговорить с той бабой, что работала экономкой. Она явно что-то знает. Иначе зачем сбежала?
– Подземелье осмотрели?
– Вчера.
– Комнату со скелетом нашли?
– Нашли.
– Пол сфотографировали?
В ответ была тишина.
– Значит, нет… Отправь фотографа еще раз. Там на полу странные символы. Надеюсь, ты понял, где убили Бекешеву?
– Ты мне скажи, Василич, какому же чудаку…
– Погоди, – перебил Филиппова Дуло. – В комнате итальянца что-нибудь нашли?
– Ничего.
– Время смерти установлено?
– Пять – начало шестого.
– Ты уверен? По моим данным, его убили не позже четырех.
– В составе группы выезжал Ошаров. Если он сказал, значит, не раньше и не поздней.
– Отпечатки на оружии есть?
– Только твои.
– Бекешев-младший в доме?
– Вчера увезли в Чудаево. Зачем ты о нем спросил?
– Так… – Сергей нашел спички, прикурил сигарету и глубоко затянулся. – Что ж, значит, в бега?
– Побегай маленько, Василич. И позвони после того, как поговоришь со свидетельницей.
– Ладно, до связи.
Сергей Дуло встал с кровати и подошел к окну.
В соседних домах загорались огни. Он посмотрел на часы – половина шестого.
В комнату вошла Полина.
– Я уже не сплю. Боялась, что уедете, не простившись. Знаете, что я решила?
– Что? – не оборачиваясь, спросил Дуло.
– Я не останусь здесь одна. Поеду с вами. А там – пусть будет что будет.
– Хорошо, – сказал Сергей.
Пройдя через комнату, Полина приблизилась и удивленно заглянула в его лицо.
– Вы не против?
– Почему нет? Отныне мы с вами оба вне закона.
– И что теперь?
– Поедем в Балашиху. Нужно поговорить с экономкой из дома Бекешевых.
Сергей Дуло казался притихшим и немного отрешенным.
– Знаете, – Полина говорила медленно, раздумывая над тем, какое слово выбрать в следующий момент. – Жизнь – словно карусель. Не нужно бегать за ней по кругу. Иногда достаточно остановиться и подождать.
Как будто очнувшись, Сергей пожал ее руку.
– Пойдемте, кажется, на кухне остался хороший кофе. Большего обещать не могу.
Они сидели за кухонным столом и пили кофе. Сахара не было, зато в шкафу отыскались ванильные сухари и сгущенное молоко. Сергей достал телефон и, вытащив сим-карту, вставил вместо нее другую.
– Зачем? – Полина отставила чашку.
– Следую законам детективного жанра. Поели? Значит – вперед.
Покинув квартиру, они спустились по лестнице и вышли в пустынный двор. Воздух был чист, в морозном небе сияли звезды, и падал пушистый снег. Полину не оставляло ощущение, что время остановилось.
Пока Сергей прогревал машину и сметал с нее снег, захлопали двери подъездов, во дворе стали появляться первые прохожие.
Сергей Дуло поехал напрямую, через центр города. Московские улицы были еще свободны.
– Знаете, я не слишком люблю Москву, но в такие моменты просто физически ощущаю, как счастлива, что живу здесь. – Приготовившись к длительной поездке, Полина откинула назад спинку сиденья.
– Главное, чтобы Москва отвечала взаимностью, – усмехнулся Дуло.
– Как ваше плечо?
– Превосходно.
– Скажите, вы не обратились к врачу, потому что боялись подставить Бекешева?
– Глупости.
– Неправда-а-а-а, – протянула Полина. – Вы беспокоились за Бекешева и не хотели его подвести.
– Скажите-ка лучше, как там в вашей пословице говорится? – спросил Дуло.
– Semper ante…
– Вот-вот. В чем-то вы правы. Ощущение такое, будто нас, как крыс, по трубе гонят. Ни вправо, ни влево, а только вперед. Без вариантов. Ну, ничего: в огне не горим и трубы, даст бог, одолеем. А вот как насчет воды? – Он улыбнулся. – Плавать умеете?
– Если нужно – даже летать, – сказала Полина.
– Летать, надеюсь, нам не придется.
– Melius non incipient, quam desinent…
– А это еще что такое?
– Латинское изречение, которое гласит: «Лучше не начинать, чем останавливаться на полпути».
Москва не заканчивалась, она плавно перетекала в пригороды Балашихи. Вдоль дороги стали попадаться здания с сиренево-фиолетовыми фасадами. Наверное, они должны были отличать этот город от любого другого.
