копом Назианзы. Григорий обучался в Афинах, где и встретил Василия. В конечном счете он последовал за Василием и присоединился к нему в его монашеском уединении. Затем отец назначил его пресвитером в Назианзе, а позднее Василий помог ему занять место епископа. Впоследствии он стал епископом никейской партии в Константинополе, восточной столице. Это было решающее назначение, и Григорий посвятил этому всего себя. В 380 году он написал "Пять слов о богословии" в защиту Никейского православия. В 381 г. он сыграл ведущую роль на Константинопольском соборе, но, не дождавшись его окончания, отказался от епископства и ушел на покой. Григорий Назианзйн умер в 389/390 гг. Григорий Нисский, брат и ученик Василия Кесарийского, родился в 335 году. Он был самым большим интеллектуалом из всех трех и некоторое время серьезно занимался риторикой. Он также был женат, что, впрочем, не помешало ему впоследствии стать монахом. В 371 г. Василий убедил своего брата стать епископом г. Ниса. Но этот пост узурпировал на несколько лет один из последователей Ария, хотя Григорий считался епископом до конца своей жизни. Каппадокийские отцы были последователями *0ригена, но из всех троих Григория Нисского по праву считают самым ревностным его учеником. Он больше Других интересовался философией и размышлял над теологией, но в то же время относил себя к защитникам православия. Умер он в 394 г., или чуть позже. Воспоминания о каппадокий-ских отцах связаны прежде всего с
борьбой с арианством и их учением о Троице. Они соединили вместе Никейское утверждение о том, что Отец и Сын homoousios (единосущны), и утверждение Оригена, что Отец, Сын и Святой Дух - три ипостаси (существа). Одна сущность Божества находится одновременно в трех различных ипостасях, или формах бытия. Но что в действительности означают эти слова: Бог есть одна сущность в трех ипостасях? Василий определял разницу между сущностью и ипостасью как разницу между общим и частным - например, как между человечеством и отдельной личностью. Каждая отдельная личность включает в себя сущность человечества (категория общего) и свои собственные, отличающие ее от других черты и индивидуальные характеристики, которые и делают эту личность неповторимой (категория частного). Подобно этому, каждая из трех божественных ипостасей есть общая сущность божества в совокупности с ее собственными отличительными чертами. Другими словами, личность = человеческое естество с нанесенными на него отличительными характеристиками; Бог-Отец = божественное естество, божество с отличительными характеристиками "отцовства". Таким образом. Отец, Сын и Святой Дух есть и были три различные образа существования Бога. Сущность соотносится с ипостасью так же, как и общее с частным. Каждый из нас участвует в бытие через общую сущность, и все же каждый представляет собой особый индивид, благодаря его собственным характеристикам. Точно так же и Бог: сущность относится
к тому, что есть общее, как то: добродетель, божественность или другие атрибуты, в то же время ипостась заключается в отцовстве, сыновстве или освящающей силе. Василий, Письмо 214:4 Когда я говорю о Боге, вас должны освещать одновременно и одна вспышка света, и сразу три. Существуют три индивидуальности, или ипостаси, или, если вам так больше нравится, личности. (Зачем спорить об имени, если слова имеют в конечном счете одно и то же значение ?) Есть одна сущность, т. е. божественность. Ибо, если так можно сказать, Бог разделяется, не делясь, и объединяется в разделении. Божество есть одно в трех, и три есть одно. Божество существует в трех, или, для большей точности, Божество есть три... Мы не должны, подобно еретикам, ни сплавлять Бога в одно [монархианизм], ни крошить Его на несоответствия [арианство]. Григорий Назианзин, Речь 39:11 Каппадокийские отцы ясно объяснили, как соотносятся единство и тройственность Бога. Но это объяснение не спасло их от обвинения в троебожии (вера в трех богов). Если общая сущность Божества и отдельные ипостаси соотносятся подобно человечеству и отдельным личностям, следовательно, должны существовать три бога? Проблема осложняется еще тем фактом, что сравнение с тремя человеческими личностями - это не более чем случайная аналогия. Василий представляет ее в качестве составной части предложенного им определения терминов сущность и ипостась.
