Значительно облегчили мои исследования и работу над этой книгой мои коллеги по факультету теологии и дивизиону гуманитарных наук Оксфордского университета, согласившиеся отправить меня в продолжительный отпуск за свой счет. Особенно я благодарен преподобной Шарлотте Метуэн за сохранение в этот период моего альтер эго. Для меня большая честь трудиться в университете, где многочисленные лекции и семинары позволяют обрести мудрость для постижения всего периода христианской истории. В Оксфорде меня всегда ждал радушный прием, и здесь я находил средства для самосовершенствования. Чудесная оксфордская библиотека, полная книжных сокровищ, и любезные библиотекари были в моем распоряжении всегда, когда мне это было нужно – во многом благодаря усилиям Алана Брауна. Моими образцовыми товарищами и бесценными помощниками здесь были Бретт Мартин, Джеймс Карлетон Пейджет, Кристина Лайнэн и Энн Уэйтс.
Также моими спутниками, оказавшими неоценимые услуги, были люди из другого мира – все те, кто готовил для телеканала BBC цикл передач, положенных в основу этой книги. Наша совместная работа была необыкновенно интересной и радостной. Нам не приходилось скучать в многочисленных экспедициях в разные точки мира. Среди множества причастных к делу я хотел бы назвать и особенно поблагодарить Джиллиан Бэнкрофт, Жана-Клода Брегерда, Кетрин Бленнерхассет, Ника Голдена-Сима, Майка Джексона, Роджера Лукаса, Эрин Мактак, Люси Робинсон, Сиан Салт Грэма Уиверса и Майкла Уокелина.
Участие в научном и телевизионном проектах открыло новое измерение моей жизни. И я особенно благодарен Сэму Бэдделаю за его дружбу и проницательные советы. Мудрые слова моральной поддержки, позволившие мне выбирать главное и сосредоточиться на этом, дарили мне Марк Эчарч, Изабель и Роза Геренштайн, Питер и Би Грувзы, Гейнор Хампри, Филипп Кеннеди, Крейг Липер, Иудифь Мелтбай, Джейн Аппертон и Аллен Янг.
В XVII веке жил в Англии сельский священник по имени Сэмюел Кроссман. Пуританин по натуре и привычкам, весьма неохотно присоединившийся к Англиканской церкви, в конце жизни он стал настоятелем Бристольского собора, но большую часть своего служения провел в скромном деревенском приходе, главное селение которого носило благочестивое название «Комптон-Пасхальный». Кроссман – автор нескольких религиозных стихотворений, и одно из них, написанное очень необычным размером, – настоящий шедевр. В этом стихотворении, называемом по первой строчке «О, песнь неведомой любви», рассказ об аресте, осуждении, смерти и погребении Иисуса заканчивается полными светлой радости уверениями в том, что эти страдания, понесенные много веков назад, отныне определяют собой жизнь мистера Кроссмана, викария маленькой деревенской церкви:
Эти строки, проникнутые глубоко интимным чувством, помогают понять, до какой степени христианство –
