Методы контрацепции кардинально изменились в конце XIX века. Появилась возможность легко и без особых затрат отделить гетеросексуальные половые сношения от беременности, и европейцы и североамериканцы не замедлили ею воспользоваться. Как отреагировали на это богословы? Англиканское сообщество поразительно быстро примирилось с ситуацией: изменения можно проследить по смещению акцентов в заявлениях, сформулированных епископами, которые посещали Ламбетские конференции. В 1908 году они призывали христиан «порицать использование всех искусственных средств ограничения рождаемости как деморализующих по характеру и неблагоприятных для народного благосостояния», не говоря уже о «несовместимости с христианской моралью». В 1920 году еще выражалась серьезная озабоченность распространением «теории и практики, неблагоприятной для семьи», а также «побуждающей семейных людей намеренно культивировать половые сношения как самоцель», но не было предпринято попыток установить правила для всех возможных случаев; в 1930 году провозглашалось, что «каждая пара сама должна принять решение, как пред лицом Бога, после тщательных и осознанных размышлений, а если принять такое решение невозможно, – после получения компетентного врачебного и духовного совета».[1884]
Многое произошло в мире с тех пор, как англиканские епископы дали эти продуманные рекомендации, собор приступил к работе в 60-х годах, в разгар культурной революции в сфере сексуальных норм на Западе, способных привести в изумление. Должно ли римско-католическое учение о нравственности по-прежнему следовать тем же курсом, что и англиканское? Явным указанием противного стал момент в 1964 году, когда Павел VI, опять-таки по личной инициативе, объявил, что прекращает дискуссии по данному вопросу – это случилось еще до начала третьей сессии собора. Однако в 1968 году стало ясно, что римско-католическое учение действительно изменится. Комиссия экспертов по законам природы – в которую входили миряне и даже женщины – после пяти лет рассмотрений собралась опубликовать отчет, согласно выводам которого веских аргументов в пользу запрета контрацептивов не существовало. Встревоженный направлением, которое приняли мысли членов комиссии, папа Павел VI расширил ее, а также изменил критерии, дающие право голоса, лишь бы опровергнуть прежние результаты работы комиссии, однако они были подтверждены. Поэтому папа в конце концов игнорировал их и в 1968 году обнародовал собственное заявление – энциклику
Эта затянувшаяся битва за контрацепцию бросала тень на понтификат Павла VI на протяжении всех 70-х годов ХХ века. Однако деятельность этого гуманного и сдержанного человека имела немало позитивных сторон, в первую очередь великодушные экуменические акты, такие, как соглашение с Вселенским патриархом, заключенное в 1965 году с целью положить конец отлучениям, взаимно провозглашенным Востоком и Западом в 1054 году (см. с. 406), а также состоявшаяся в 1966 году дружеская встреча с доброжелательным праведником, архиепископом Кентерберийским Майклом Рэмзи, которому папа преподнес свое епископское кольцо. Папа Павел путешествовал по всему миру, чего не делал до него никто из пап, он осторожно открыл диалог с коммунистическими режимами Восточной Европы, снизил температуру отношений Рима с режимом генерала Франко до беспрецедентно низких величин – по достоверным сведениям, в последний год жизни Франко был близок к преданию его анафеме.[1886] Католики в окружении папы и зачастую вне его ведома хватались за спасательный круг реформ и рекомендаций Второго Ватиканского собора и внедряли их разнообразными способами.
