На рис. 1.34 приведена старинная икона «Святая Троица» якобы около 1430 года. «Бог-Отец поддерживает перенесшее пытки тело Христа… между ними парит голуб! — образ Святого Духа. Вокруг фигур Троицы изображены шесть ангелов» [93], разворот 24. Еще одно изображение Троицы см. на рис. 1.35. На рис. 1.36 приведено изображение Троицы, именуемое «Троицей Ветхозаветной».
Сократ соглашается принять Стрепсиада в число своих учеников. Начинается длинная беседа. Ее подробности Аристофан не передает. Вместо этого он выводит на сцену хор во главе с корифеем. Пока Сократ беседует со Стрепсиадом, хор и корифей (на протяжении нескольких страниц) обсуждают и комментируют некоторые афинские события того времени.
Наконец, из дома выходит Сократ (Христос). Он исключительно отрицательно отзывается о способностях Стрепсиада (Иуды) и вообще о нем, как о человеке. Появляется и Стрепсиад. Завершение его беседы с Сократом достаточно любопытно. Оно посвящено языку, лингвистике, логике. Обсуждаются, например, понятия мужского и женского рода. Похоже, здесь нашли свое отражение средневековые рассуждения о свойствах языка, насколько точно он описывает природу вещей и т. п. По ходу дела звучит интересный штрих: обсуждается увеличительное стекло, при помощи которого можно «растапливать». Причем говорится, что такие стекла в ходу у лекарей, которые добывают ими огонь, собирая солнечные лучи в пучок. «У лекарей такой видал ты камешек, красивый и прозрачный? Добывают им огонь они» [1], с. 388–389.
А ведь нас уверяют, будто все это происходит в «античнейшей» Греции якобы V века до н. э. Получается, что ту далекую эпоху использовались выпуклые линзы, увеличительные стекла, ИЗОБРЕТЕННЫЕ ЛИШЬ В СРЕДНЕВЕКОВЬЕ. На самом деле никакого противоречия здесь нет. Все понятно. «Облака» Аристофана — поздний текст эпохи XVI–XVII веков н. э. В то время подобные изобретения уже стали известны и вошли в обиход.
И тут у Аристофана начинает звучать тема наказания, обрушивающегося на Стрепсиада (Иуду). Поздняя редакторская правка заметно принизила пафос сюжета и превратила начавшиеся страдания Стрепсиада в его мучения будто бы от клопов (!?). Однако, скорее всего, перед нами — тема адских мучений Иуды-предателя. Ведь средневековые христианские авторы помещали Иуду Искариота в ад, в наказание за предательство Христа. В изложении Аристофана все это выглядит так.
