Господи Боже мой, исходные песнопения и надгробную песнь воспою Тебе, Своим погребением открывшему для меня входы жизни и смертью умертвившему смерть и ад.
Да Твоея славы вся исполниши, сшел еси в нижняя земли: от Тебе бо не скрыся состав мой иже во Адаме, и погребен, истлевша мя обновляеши Человеколюбче [728].
Чтобы наполнить все славой Твоей, Ты сошел в преисподнюю земли, ибо от Тебя не скрылось мое бытие, которое во Адаме, и, будучи погребен, Ты обновляешь меня, подверженного тлению, Человеколюбец.
Образы погребения Твоего показал еси, видения умножив; ныне же сокровенная Твоя богомужно уяснил еси, и сущим во аде Владыко… [729]
Прообразы погребения Твоего Ты показал во множестве видений, ныне же, Владыко, как Богочеловек, ты изъяснил тайны Твои находящимся в аду.
Ад Слове срет Тя огорчися, человека зря обожена, уязвлена ранами, и всесильнодетеля, страшным же зраком погибе [730].
Ад, Слово, встретив Тебя, огорчился, видя смертного обоженным, израненным, но и всесильным; от [этого] страшного зрелища он онемел [731].
Смертию смертное, погребением тленное прелагаеши, нетленно твориши бо, боголепно безсмертно творя приятие: плоть бо Твоя истления не виде Владыко, ниже душа Твоя во аде страннолепно оставлена бысть [732].
Смертью Ты изменяешь смертное, погребением — тленное, ибо Ты божественным [образом] делаешь нетленным принятое [на Себя естество]; ведь плоть Твоя не видела тления, Владыко, и душа Твоя в аду странным образом не была оставлена.
Царствует ад, но не вечнует над родом человеческим: Ты бо положся во гробе державне, живоначальною дланию, смерти ключи развергл еси, и проповедал еси от века тамо спящим, избавление неложное быв Спасе, мертвым первенец [733].
Царствует ад над родом человеческим, но не вечно, ибо Ты, Державный, будучи положен во гробе, живоначальной рукой разомкнул ключи смерти и возвестил спящим там от века истинное избавление, став первенцем из мертвых, о, Спаситель.
Уязвися ад, в сердце прием уязвенаго копием в ребра, и воздыхает огнем божественным иждиваемь, во спасение нас поющих: избавителю Боже благословен еси [734].
Ранен был ад, приняв в сердце раненного копьем [735], и стонет, уничтожаемый божественным огнем во спасение нас, поющих: «Избавитель Бог, Ты благословен!»
Разрушися пречистый храм, падшую же совозставляет скинию: Адаму бо первому вторый, иже в вышних живый, сниде даже до адовых сокровищ… [736]
Разрушен пречистый храм, но падшую скинию он восстанавливает вместе с собою, ибо к первому Адаму второй, живущий в высотах, сошел даже до адских погребов.
Земля покрывает Мя хотяща, но устрашаются адовы вратницы, одеяна видяще одеждею окровавленною, Мати, отмщения: враги бо крестом поразив яко Бог, воскресну паки, и возвеличу Тя [737].
Земля покрывает Меня по воле [Моей], но привратники ада устрашаются, видя Меня, о, Матерь, одетым в окровавленную одежду отмщения; ибо, поразив крестом врагов, Я снова воскресну и возвеличу Тебя.
Да радуется тварь, да веселятся вси земнороднии, враг бо пленися ад; с миры жены да сретают, Адама со Евою избавляю всеродна, и в третий день воскресну [738].
