На вершине Хермона, километрах в пятнадцати по прямой от Дана, на высоте в 2814 м над уровнем моря расположен самый высокий в античности храмовый комплекс. Сейчас там стоят развалины двух небольших римских храмов. Бог, которому в них молились, назывался дословно так же, как называется Бог в Книге Стражей, а именно – Великий Святой{628}.
К сожалению, тот, кто сейчас захочет попасть от
Важность географии заключается тут в том, что хотя все эти места: и Дан, и
Все они были частью царства Израиль, которое поклонялось Яхве, но не знало ортодоксального монотеизма. В состав монотеистической Иудеи эти места, населенные к тому времени в основном итурейцами, вошли только после 104 г. до н. э.
Они были потеряны после расчленения Иудеи Помпеем в 63 г. до н. э. и снова вернулись в ее состав уже только при Ироде, когда Август передал последнему земли итурейского царька Зенодора. Ирод, вероятно, знал, что делал, когда воздвиг храм Августу, живому богу, именно на месте древней
Итак, Енох поднимается на небо не в Иерусалиме (где он получил бы за такие шуточки скалкой по голове от первого попавшегося священника). Он поднимается на небо там, где до завоевания Израиля ассирийцами в 722 г. до н. э.
Книга Еноха – это не единственная любимая милленаристами книга, действие которой происходит в Галилее. Там же разворачивается действие «Завещания Леви» – еще одного кумранского текста, который тоже описывает восхождение на небо. В нем на небо поднимается Леви, прародитель всех левитов. Он делает это прямо с горы Хермон, на вершине которой, видимо, и расположены ворота на небо. Ангелы спустились через них в Книге Еноха, а Леви – поднялся{629}.
Эта географическая привязка бросает неожиданный свет на хорошо известное всем христианам событие. А именно – на разговор между Петром и Иисусом, в ходе которого Петр и признал в Иисусе Мессию. «Ты – Христос, сын Бога живого» (Мф. 16:16), – сказал Петр.
Разговор этот состоялся не где-нибудь, а в тот момент, когда они проходили мимо Кесарии Филиппи, возле которой, собственно, и стоял Иродов храм Августу. В награду за это прозрение Иисус дал Петру «ключи от ворот неба». Как мы только что видели, эти ворота находились совсем недалеко – через них ходили Енох, Леви и падшие ангелы!
И они находились вовсе не в Иерусалиме!{630}
Ключи, данные Петру, имеют великую силу. «Что́ свяжешь на земле, тó будет связано на небесах, и что́ разрешишь на земле, тó будет разрешено на небесах», – говорит, передавая ключи, Иисус (Мф. 16:19). Таким образом, Петр получает от Иисуса те же полномочия, что и ангел Михаил от Господа, который поручает ему
Но вернемся от географии – к Еноху. Получив просьбу бессмертных Стражей, смертный Енох пишет подробный меморандум, в котором перечисляет просьбы каждого Стража и его детей. После этого он приступает к его доставке. Он восходит на небо и попадает во дворец из огня и льда. Почвою дворца был огонь, а поверх его были молния и путь звезд. Енох видит Великий Престол, на котором сидит некто. Одежда Его сияет, как солнце. Она чище, чем снег. На лицо его невозможно глядеть.
«И из-под Великого Престола выходили реки пылающего огня, так что нельзя было смотреть на него. И Тот, Кто велик во славе, сидел на нем; одежда Его была блестящее, чем само солнце, и белее чистого снега. Ни ангел не мог вступить сюда, ни смертный созерцать вид лица самого Славного и Величественного» (Енох. 3:33–35/14:19–22).
Как мы видим, Книга Стражей строго блюдет фундаментальный запрет ортодоксов на видение лица Божия. Каждый, кто видит это лицо, умрет. Поэтому Енох не видит лица Господа, но уже одно созерцание им престола приводит к тому, что собственное лицо Еноха начинает сиять, как сияло лицо Моисея. Кроме этого Енох беседует не собственно с Господом, а с его Словом.
Господне Слово отказывает Стражам в их просьбе. «Скажи им – нет для вас мира» (Енох. 3:55/13:1), – говорит оно Еноху.
Енох в точности исполняет поручение Господа. Стражи сидят в Абель-Маине печальные, с закрытыми лицами. Енох возвращается к ним с неба и отказывает им от имени Господа.
