Сжатые стрелы гравитации вылетели с утончённой точностью в один момент с появившейся областью, охватывающей всех трёх демонов седьмой ступени.
Идём вниз!
Захваченные врасплох, они не смогли уклониться от первоначального обстрела и как только область расширилась, охватив их, они внезапно обнаружили себя гораздо более тяжёлыми, чем были всего мгновение назад. Я практически могу ощутить окатывающую их растерянность, пока они вероятно в первый раз сталкиваются с магией гравитации. Поразившие их стрелы не нанесли урона, однако имеется другой странный эффект? Нужно им защищаться или нет?
Их нерешительность позволила мне угодить ещё несколькими стрелами, прежде чем мой направленный вверх импульс полностью себя исчерпал и я начал всё больше и больше ускоряться по направлению к земле. Бриксин с сосредоточенной яростью протягивает вперёд руку в мою сторону, из которой вырывается струя пепельного огня, задевающей мой панцирь с левой стороны.
«ЯААОУУЧ!»
Спасибо Гэндальфу за Сборщик. Я снова задействовал свою железу исцеления, пока продолжал стрелять стрелами гравитациями, поддерживая область как можно дольше, дабы применить как можно больше тянущей силы. В тот момент, как я выпал из области досягаемости огнемёта Бриксин, двое других присоединились к вечеринке, бросая в меня ужасный поток заклинаний, пока я нахожу себя в плохом положении, дабы уклониться от них, так что я не уклоняюсь. Вместо этого я снова до краёв наполнил свои мандибулы маной гравитации, в процессе истощая свои резервы, потянулся к трём фигурам и, ТЫНЬК!
Будучи уже гораздо более тяжёлыми, чем были всего мгновения назад, дополнительная сила тяги мандибул произвела значительно больший эффект на демонов, чем они ожидали, что ошеломило могущественных седьмых ступеней, находящихся на своих дисках.
Я сумел утянуть их вниз. Не сильно, далеко не к земле, однако пока я ухожу вниз из области их досягаемости, усеиваемый несколькими заклинаниями, сумевших найти падающего меня, я могу сказать, что сделал достаточно. Откуда я это знаю? Из абсолютного потока огненной мощи, выпускаемой Колонией, что проносится мимо меня, пока я падаю. Внезапно небо осветилось огнём и кислотой, что охватило демонов сверху в непрекращающемся потопе смерти, возвышающемся от более десяти тысяч могучих муравьёв далеко внизу.
Наблюдать, как Бриксин и двух её приятелей омывает общая огневая мощь моих сестёр точно интересно, почти достаточно интересно, дабы заставить меня забыть, что я собираюсь приземлиться в мир боли, однако, к счастью, я достаточно быстро пришёл в чувство, чтобы извернуться и посмотреть вниз на моих ожидающих питомцев. К моей радости и немного к удивлению, Тини смотрит наверх на меня, вытянув руки и сморщив от концентрации лицо, пока располагает себя для попытки поймать.
Пожалуйста, не испорти всё, здоровяк, я не хочу окончить свою жизнь, растянувшись вдоль камней, будто муравей, на которого наступили. Я слишком молод и точно слишком сияющий, чтобы уйти вот так!
К счастью Инвидия в деле. Мозговой демон сплетает воедино серию щитов, каждый встаёт поверх другого на расстоянии метра друг от друга. Я даже могу оценить, что он сумел отрегулировать силу каждого щита, чтобы я в первую очередь столкнулся с более слабыми, дабы затем врезаться в сильные, таким образом каждый раз теряя всё больше скорости. Способность этого глаза делать это на скорости, с которой он это сделал… абсолютно поражает. Ещё одно напоминание об обширном расстоянии между мною и полностью посвящающим себя бросанию заклинаниями монстром.
Благодаря моим усилиям с маной гравитации, я не вешу и половину обычного, и имею гораздо меньше крушащей силы. И даже так я пробиваю первые из щитов Инвидии, даже не почувствовав их, однако следующие начинают становиться всё крепче и крепче, вызывая толику боли, когда я врезаюсь в них. Дабы минимизировать потенциальные ранения, я переворачиваюсь на свою не раненую сторону и позволяю панцирю принимать столкновения, внутреннее покрытие панциря проделывает много работы по рассеиванию ударов. Несмотря на всё это мои ОЗ всё равно пострадали, по сути как и мои внутренности, ибо я по своей сути врезаюсь в одну стену за другой.
После десятка из них перед моими глазами вырисовывается земля, как и волосатая грудь Тини, в которую я врезался, отправив нас кувыркаться по камню. Когда мы наконец остановились, я вырвался из-под хватки большого обезьяна на несколько метров. У Тини на лице была широкая улыбка и он показал мне большой палец вверх, выглядя таким довольным, что мне потребовалось время, дабы осознать, что его другая рука беспомощно свисает вдоль его бока.
Почему ты выглядишь таким счастливым, когда у тебя рука сломана?!
Со вздохом я закручиваю немного маны исцеления и применяю её на большом обезьяне. Этого будет достаточно на ближайшее время и начнёт процесс заживления. Я и близко не такой хороший медик, как те, кто посвящает себя этому искусству.
