[Чувство Маны -> Усиленное Чувство Маны. Придаёт огромное улучшение в дальности психических чувств, поиске признаков маны и концентрации. Повышает чувствительность, позволяя точнее подмечать более мелкие источники]
Тоже неплохо.
Тёплый поток новых знаний растапливает мой разум. Это никогда не устаревает. Чувство, что поток новой информации раскрывается в твоём разуме просто невероятен. Если бы я мог учиться так же быстро, будучи человеком, это было бы как минимум удобно. Возможно я бы не бросил школу! Ну и... Я вероятно всё ещё... да какая разница!
У меня же есть ещё Биомасса, которую нужно потратить, детка!
Когда вы проводите свою жизнь, учась убивать что-то, а затем убивая это, то ужасно тяжело резко всё переменить и отказаться от этих инстинктов, размышляла Моррелия.
Она вспоминала своё детство, долгие дни, проведённые за оттачиванием навыков вместе со своим братом на тренировках, пока мама наблюдала, смеясь над их энергичностью. Когда отец был дома, он брал их с собой в крепость Легиона в Лирии и они практиковались с кадетами. С самых малых лет оба ребёнка были ровней для тех, кто в два раза старше их. Она могла припомнить, как однажды победила восемнадцатилетнего ученика меча, когда ей было лишь десять, в то время она ещё не доросла до своего класса.
Её отец широко улыбнулся и приказал кадетам удвоить время тренировок, прежде чем поднять свою дочь одной своей громадной рукой и поцеловать её в щёку. Она так гордилась собой.
Её брат сиял ещё ярче, его навыки росли так быстро, пока он с яростным усердием тренировался, что его даже на два года раньше приняли в Легион, и он стал сильнейшим кадетом в тот момент, как попал туда.
С его смертью из семьи будто ушёл свет.
Отец где-то пропадал, мама ушла, и когда настало время, Моррелия отказалась зачисляться в Легион, а вместо этого играла в солдата. Сражение было единственным, что она умела и она была чертовски хороша в этом. Со временем она занялась её текущей работой, предлагая свои услуги деревням и маленьким городам, чтобы разбираться с набегами монстров. Плата была ужасной, а получаемый опыт и того хуже, с её навыками она могла бы быть королевским стражем, но всё было не так уж плохо, ведь она чувствовала себя полезной.
Когда она обнаружила вход в Подземелье здесь, в диких землях, дела стали идти лучше. Она проникала туда и спускалась, вначале самостоятельно, а затем со своей командой. Получаемого опыта было гораздо больше, а о деньгах и говорить не стоит, это позволило ей брать менее оплачиваемую работу, помогая наиболее отдалённым деревням на краю диких земель, и не голодать.
И вот они здесь. Пока она где-то там сражалась, всё королевство сгорело дотла. Отец был чёрт знает где в Подземелье, а она застряла здесь в лагере беженцев, которые боготворят монстров.
Сидя в своей палатке, Моррелия вздохнула и потёрла виски. Видит Система, она была утомлённой. Ярость берсерка всегда отбирает много сил, но на этот раз дело не только в этом. Город Лирия был её домом, она так много людей знала оттуда. Её соучеников, стражников, которые за спиной её родителей научили её азартным навыкам, членов Легиона, с которыми она провела так много времени. И всего этого больше не было, всё это уничтожили Монстры.
Это просто не кажется возможным.
Отказываясь сидеть и вариться в подобных мыслях, Моррелия заставила себя подняться на ноги и выйти из своей палатки, мозолистой рукой откинув закрывающую вход ткань. И даже если ей было всего двадцать три года, она уже давным давно не была дома. С пятнадцати лет онапродавала услуги своего клинка. Города больше не было, но люди были здесь и будь она проклята, если она не сделает то, что должна, чтобы помочь им.
Дианна установила их лагерь прямо за деревней. Беженцы были заняты, почти постоянно возводя здания, однако их никогда не было достаточно, всё больше и больше семей прибывало, и они нуждались в укрытии гораздо больше, чем её команда. У команды были свои палатки и спальные мешки, у них всё будет нормально.
Несмотря на яростную битву всего несколько часов назад, повсюду звучала решительная возня. Бегали люди, строя, убираясь, распределяя припасы и заботясь о раненых. Ноги Моррелии понесли её к большому открытому пространству, где ухаживали за ранеными в битве.
Подойдя, она могла увидеть десятки мужчин и женщин, лежащих на спинах на простых деревянных балках, поставленных вместе, чтобы создать приподнятое место для отдыха. Моррелия поморщилась, ничего из этого нельзя было назвать кроватью, хотя бы с натяжкой.
К её большому удивлению жертв было меньше, чем она ожидала. Как только ярость берсерка спала с её глаз, и она осознала, что жители вышли на бой, её первой инстинктивной мыслью было, что она могла убить некоторых из них. Но, к счастью, это не так. Они хорошо сражались, а во главе стоял жрец, громко воспевая бой и махая молотом в своей единственной руке.
Сейчас он был тут, каким-то чудом всё ещё на ногах, ходя среди раненых и разговаривая с ними.
Она пошла к нему.
