Серенький зверекВ белых пятнахС розовой мордочкой,ЗеленоглазыйВ первое утро мираДразнил змею.Зеленая змейка в золотых полоскахИзумруды глазокВ траве серебристойОт него скрывалаИ вдруг поглядела.И красное жалоЗатрепеталоНад бедненьким серымЗверьком.И всё было кончено.<p><strong>6. «Под солнцем первого утра…»</strong></p>Под солнцем первого утраНа акации белой росинкаВвысь потянулась паром.— Я умираю, — сказала росинкаГроздьям душистым.И юное дерево в страхеОт слова «смерть» встрепенулось,Но солнечный луч погладилС улыбкой кружево листьевИ всем сказал в Эдеме:— Вернется дождинкой росинка,И в этом таинство смерти.3 февраля 1921, Москва<p><strong>«Отчего ты, звездочка моя…»</strong></p>
Наташе
Отчего ты, звездочка моя,На меня глядишь с такой боязнью?Или думаешь, что сердце перед казньюОбвинило в чем-либо тебя?Как лазурь безоблачного неба,Предо мной душа твоя чиста,Если жизнь не может дать мне хлеба,Если чаша дней моих пуста,Не с тобою пред лицом ГосподнимВстану я в день Страшного суда,Да и тот, кто мне для муки дан,Может быть, уже прощен сегодня.[1921]<p><strong>Парк в Удино</strong></p>
А.В. Тарасевич
Аллеи лиственниц лимонных,Темно-зеленый бархат пихт.И в розово-янтарных кленах,И в липах ржаво-золотыхПрорвались синие просветыВ такую глубь, в такую высь,Где все вопросы и ответыВ кристалл Безмолвия слились.Но храм, убогий и забвенный,В плакучем золоте березС такою верой дерзновеннойСвой крест в безмолвие вознес.10–16 сентября 1921, Удино<p><strong>О Ростове</strong></p>На решетках балконаВялых рыб ожерелье.А внизу граммофонаХриплый тон и веселье.Нежных ликов девичьихМолодое томленьеИ сольфеджий привычныхМонотонное пенье.Рой детей сиротливыхВ тесной клетке двора.Всё так живо, так живо,Точно было вчера.1921, Москва<p><strong>«На мраморную балюстраду…»</strong></p>На мраморную балюстрадуИ на засохший водоемВ квадрате крохотного садаПод хризолитовым плющомГляжу я так же, как бывалоВ те обольстительные дни,Когда душа припоминала,Что в мире значили они.И вижу черную гондолу,Мостов венецианских взлет,И голос сладостной виолыМеня томительно зовет.Сквозь шелк дворцовой занавески,Как нож, блистает чей-то взор,А весел радостные всплескиЗвучат, как поцелуев хор.И знаю, в этом же каналеНа мягком и тенистом днеЯ буду спать с твоим кинжаломВ груди, в непробудимом сне.[1921], Сергиев Посад<p><strong>«Боже воинств, великой Твоей благодатью…»</strong></p>
