Для Струана Лоя вечер начался многообещающе. У него было назначено первое за три года свидание, к которому он подготовился не менее тщательно, чем к восхождению на Эверест: в роли базовых лагерей выступали винотека, итальянский ресторан и ее квартира. Сначала все шло как по нотам, в том смысле, что в базовый лагерь номер один она таки явилась, что уже было грандиозным успехом; во втором базовом лагере дела пошли несколько хуже – посреди трапезы она встала из-за стола и ушла; таким образом, координаты третьей базы остались неизвестными. Дома Лоя ждали неприбранная постель и три часа сна, прерванного появлением Ника Даффи.
Теперь он сидел и моргал под резким светом в комнате подземного этажа. Мягкую обивку стен здесь покрывала черная синтетическая ткань, источающая запах хлорки. Точно по центру комнаты стоял стол, а с торцов стола – два стула с прямыми спинками, один из которых был намертво привинчен к полу. Именно на этом стуле Лою и было сказано сидеть.
– Так что вообще происходит? – обратился он к Диане Тавернер.
Он старался, чтобы голос его звучал как можно естественней и беззаботней, однако преуспел в этом не больше, чем обычно удавалось Гордону Брауну.
– А почему вы считаете – что-то происходит, Струан?
– Потому что меня посреди ночи привезли сюда.
«Сразу видно, что одевался ты в потемках», – подумала Тавернер.
– Ник Даффи доставил вас сюда согласно моему указанию, – ответила она. – В подвале мы с вами потому, что я не хочу, чтобы о вашем присутствии узнали. Наша с вами беседа имеет место не потому, что вы совершили какой-то проступок. Наоборот, она имеет место именно потому, что я почти уверена в том, что никакого проступка вы не совершали.
Это «почти» было сказано с очень легким нажимом, что не ускользнуло от внимания собеседника.
– Приятно слышать, – отозвался он.
Тавернер молчала.
– Я и сам прекрасно знаю, что ничего такого не совершал.
– Ничего какого?
– Просто фигура речи.
Она ничего не ответила.
– Я имел в виду, что знаю, что ничего не совершал.
Она ничего не ответила.
– По крайней мере, ничего с тех пор, как… Ну вы сами знаете.
– С тех пор, как в электронной переписке выразили предположение о том, что ваш – и мой – начальник Ингрид Тирни завербована «Аль-Каидой»?
– Это все из-за того наряда, в котором она появилась на «Времени вопросов», помните? Ну, типа бедуинского…
Она ничего не ответила.
– Я же просто пошутил.
– У нас тоже есть чувство юмора. Иначе вы моментально оказались бы тогда за решеткой и сидели бы по сей день.
Лой сморгнул.
– Я просто пошутила, – сказала она.
Он неуверенно кивнул, словно только что осознал, насколько несмешными бывают некоторые шутки.
Диана Тавернер посмотрела на часы, не скрывая этого от собеседника. Ему сейчас будет предоставлен один-единственный шанс выкарабкаться из опалы. И решение ему предстояло принять незамедлительно. О том, чтобы хорошенько все обдумать и продолжить разговор наутро, речи быть не могло.
– Значит, вы теперь в Слау-башне, – сказала она. – Ну и как вам там?
– Знаете…
– И как вам там?
– Не очень.
– Тем не менее вы не уволились.
– Нет. Ну…
Она ждала.
– В общем, если честно, я просто не знаю, чем еще смогу заняться.
– И все еще надеетесь, что однажды вас снова пустят наверх.
– Наверх?
– То есть в Парк. А хотите услышать одну действительно смешную вещь, Струан? Угадайте, сколько человек сумело вернуться из Слау-башни обратно в Риджентс-Парк?
Он сморгнул. Ответ ему был известен. Ответ был всем известен.
Тем не менее она его озвучила:
– Ровно ноль. Такого никогда не случалось.
Он снова сморгнул.
– Это, однако, не означает, что такое невозможно в принципе. Всякое может случиться.
Теперь он смотрел на нее не моргая, и в его глазах словно бы завертелись шестеренки, ловко укладывая различные перспективы в надлежащие пазы.
Он ничего не ответил, но поза его слегка изменилась. Он чуть подался вперед, будто стал участником беседы, а не сидел на допросе.
– Замечали ли вы что-либо необычное в Слау-башне в последнее время?
– Нет, – ответил он с твердой уверенностью в голосе.
Она молчала.
– Во всяком случае, мне так кажется, – добавил он.
Она снова взглянула на часы.
– А в каком смысле – необычное?
– Активность. Активность, выходящая за рамки обычной повседневной деятельности.
Он задумался. Пока он думал, Диана Тавернер взяла сумочку, висевшую на спинке стула. Из сумочки она достала черно-белую фотографию три дюйма на пять и положила в центре стола. Повернула ее к Лою:
– Узнаете?
– Алан Блэк.
– Ваш бывший коллега.
– Да.
– Видели его в последнее время?
– Нет.
– Вы уверены?
– Да.
– Вы точно не видели его в последнее время в компании Джексона Лэма?
– Точно.
– Что ж, тогда у нас возникает некоторая проблема.
Она откинулась назад и ждала.
– Проблема? – переспросил он наконец.
– Именно, – подтвердила она. – Проблема. Скажите мне, Струан, как вы смотрите на то, чтобы помочь нам эту проблему решить?
В глазах Струана Лоя снова завертелись шестеренки.
– Может, лучше зайти сзади?
– А как зайти сзади?
– Может, там есть проход.
