Хроника полностью

Абул-Мухаммад-хан царствовал пятнадцать лет; был 1066 (= 1655-56) год, когда он покинул сей мир{295}. Баба-хан пришел из Камула{296} и захватил Турфан. Поскольку Мухаммад-Му'мин-султана объявили виновным [в смерти хана], Баба-хан выслал его под предлогом доставить останки хана в Йарканд. Султан, взяв свою семью и останки Абул-Мухаммад-хана, /75а/ поневоле пустился в путь. В ту пору дорога была чрезвычайно опасна, но благодаря милости божьей он благополучно достиг Кусана. Мир 'Абдаллах-бек послал человека [с известием] к 'Абдаллах-хану. Хан прислал указ: супруге Абул-Мухаммад-хана, что была сестрой султана, надлежит вместе с сыновьями возвратиться в Турфан, а султан пусть привезет с собой [в Йарканд] дочерей и останки хана. Когда султан, Мухаммад-Айуб-бек, ходжа Саниз Тасуркай и ходжа Мухаммад ишикага доставили дочерей хана и его останки, последние предали земле в Алтуне.

Хан милостиво обошелся с Мухаммад-Му'мин-султаном, щедро отличил его подарками и вниманием и пожаловал должность мутаввали. Авторитет [султана] вырос в десятки раз. Султан был внуком Султан-Гази Катагана и сыном Мухаммад-Амин-султана. Он был мужем знающим и даровитым, большую часть “Шах-наме”{297} знал наизусть и книги читал приятно [на слух]. Сын его Султан-Санджар был юношей прекрасного телосложения и приятной наружности. Рассказ об их жизни и деяниях пойдет далее, если того пожелает Аллах всевышний.

Объяснение сего события таково. Когда хан направился в сторону Там-Кара на прогулку, эмиры правой руки расположились станом в местности Чамалун{299}, а хан — в Кызыле. Когда же они, увеселяясь и развлекаясь, делая переход за переходом, достигли Там-Кара, хан остановился в доме Шахбаз-бека, и бек учредил пышный маджлис. Прибыл Йулбарс-хан и представился хану. Перед отъездом хана Йулбарс-хан пригласил хана на маджлис, для которого он все необходимое подготовил заранее и привез туда. Получился пышный пир. [Йулбарс-хан] преподнес всем вельможам и эмирам пару почетной одежды. Хан, оказав своему сыну непередаваемые на словах знаки внимания и милости, дозволил ему удалиться, а сам прибыл в Йарканд.

В том же году от водянки скончался Шахбаз-бек, от роду ему был пятьдесят один год, из них шесть лет он управлял Йаркандом{300}. Его останки хан отправил в Кашгар. Управление Йаркандом было пожаловано Мухаммад-Му'мин-султану. Султан-Гази, дед Мухаммад-Му'мин-султана, еще во времена 'Абд ал-Карим-хана оставил Каттаган и в сопровождении четырех сыновей прибыл [в Йарканд]. Сыновья суть 'Умар-султан, Искандар-султан, Мухаммад-Амин-султан и Барак-султан. 'Абд ал-Карим-хан пожаловал [Султан-Гази] управление Каргалыком.

Словом, Мухаммад-Му'мин-султан был столпом державы 'Абдаллах-хана. В ту пору из Керии Мухаммад-Латиф-бек прислал сказать, что с целью напасть на Керию пришли калмаки. Хан во хмелю выступил в поход, однако Мухаммад-Му'мин-султан удержал хана и сам отправился вместе с войском. /75б/ Из Хотана к ним присоединился Шах-бек, и они отправились вместе с хотанскими эмирами и войском. Проводником стал Мухаммад-Латиф-бек. Они проследовали до местности Чарчан{301}, но не обнаружили калмаков и возвратились. Хан одарил войско.

В ту пору от Джахангир-хана{302} прибыл посол по имени Йунус-ходжа — один из потомков шейха Хаванд-Тахура{303}. В свою очередь, хан послал Суфи-ходжу{304} сына ходжи Сай-йид-Мухаммад-халифа, да будет над ним милость божья. Джахангир-хан отправил вместе с Суфи-ходжой своего сына Тауке-султана. Хан оказал ему милость своим государевым вниманием и монаршим благоволением и отправил назад в сопровождении Кочкар-бека. В то время Джахангир-хан предал мученической смерти ахунда муллу Йа'куба и Вафа-ходжу сына ходжи Джан-ходжи, да будет над ними милость и прощение божье. Он послал к хану своего старшего сына Апак-султана вместе с Кочкар-беком, а Йулбарс-хану отдал свою дочь. Хан, отличив Апак-султана вниманием и милостями, дозволил уехать. В связи с тем, что Йунус-ходжа избрал сию страну местом жительства, ему пожаловали должность судьи Хотана. Там он [и] скончался. Во времена Мухаммад-Му'мин-султана хан бросил пить вино и даже не общался с теми людьми, которые его пили.