Итак, умиротворив западные края, король созвал во Франкфурте генеральный собор, на который явились все епископы по эту сторону Альп. Ибо король Генрих с детства очень любил и почитал свой город Бамберг, расположенный во Франконии, и передал его в качестве свадебного дара своей жене Кунигунде. После того как ему Божьей милостью была вверена забота о королевстве, он постоянно думал, как бы учредить там епископство. И, так как начало - уже половина дела3, он начал, а затем окончил там церковь с двумя криптами4. Понемногу собрав все, что было необходимо для служения и почитания Бога, он настойчиво просил Генриха, епископа Вюрцбургского, помочь его намерению и посредством честного обмена уступить ему приход, расположенный в округе, получившем название от реки Регниц5. Тот, любезно восприняв справедливую просьбу любимого государя, согласился, но с условием, чтобы он предоставил его церкви паллиум и подчинил ему Бамбергского епископа. Дав королю свой посох и приняв в качестве обмена названное поместье, он тайно одобрил это дело. Но, узнав, что не сможет получить архиепископство, отказался исполнить обещанное и, будучи вызван на вышеупомянутый собор, не пожелал явиться.
Итак, когда архиепископы с подчиненными им епископами расселись согласно своему чину, король Генрих бросился на землю, был поднят епископом Виллигизом, в чьем диоцезе проходил собор, и обратился ко всем присутствующим с такой речью: «Господа и отцы, которые пришли сюда, призванные моим ничтожеством! Открою вам, ради какого дела вы призваны, и умоляю о вашей милости и содействии в деле, в котором помогает мне Божья милость, ради любви ее. Ибо не имея надежды обрести потомка, избрал я Христа своим наследником. С разрешения моего епископа я давно хотел основать в Бамберге епископство и решил наконец осуществить это желание. Из-за этого я и беспокою ныне ваше светлейшее благочестие, чтобы отсутствие того, кто хотел получить от меня то, что я не могу ему уступить, не смогло помешать исполнению моего намерения. Вот посох, символ взаимной договоренности, свидетельствующий, что бежал он не ради Бога, но от досады из-за неполучения сана. Да возмутятся сердца всех присутствующих тем, что он путем гнусного посольства дерзает препятствовать выгоде святой матери церкви. Всему этому поможет щедрая любезность присутствующей здесь супруги моей и единственного брата моего и сонаследника; оба они отлично знают, что я готов дать им за это угодное возмещение. Если же епископ соизволит прийти и исполнить обещанное, я готов дать ему все, что вам покажется наилучшим».
Тогда поднялся Беренгар, капеллан Генриха, епископа Вюрцбургского, говоря, что епископ его не пришел из-за страха перед королем и что он никогда не одобрит какого-либо ущерба для церкви, вверенной ему Богом; он умолял всех присутствующих ради любви Христовой не допустить, что подобное произошло в его отсутствие и стало для них примером на будущее. Там также громким голосом были зачитаны привилегии его церкви. Всякий раз, как король замечал, что чаша весов между ними в принятии судебного решения колеблется, тут же смиренно падал ниц. Наконец, когда архиепископ Виллигиз предложил суду еще раз обдумать, как следует поступить в этом деле, Тагино первым ответил: «Справедливое желание и просьбу короля можно законно исполнить с согласия всех вас». Когда все присутствующие одобрили его речь, славный король вручил Эберхарду6, своему канцлеру, пастырский посох, а названный архиепископ Виллигиз посвятил его в тот же день. После этого епископ Генрих с помощью архиепископа Хериберта приобрел милость короля и угодное ему возмещение.c
dИтак, король учредил это епископство в честь апостолов св. Георгия и св. Петра и весьма богато одарил это место множеством поместий и всякого рода украшениями, как то видно в настоящее время. Построив также в южной части города монастырь в честь святого первомученика Стефана по уставу каноников, а с другой стороны, то есть с северной, основав другой монастырь в честь св. архангела Михаила и св. Бенедикта по монашескому уставу, он решил воздвигнуть для себя и своего города, основанного на камне апостольской твёрдости, укреплённого и украшенного стенами и бастионами заслуг святого Георгия и прочих святых, башню прочности в лице Стефана против возбудителей порочных волнений, и престол против охлаждающих дуновений того, который на севере, откуда открывается всякое зло7, и приготовил в этой ангельской крепости8 надёжное убежище, чтобы над ним, ограждённым оружием справедливости справа и слева, не в состоянии был возобладать никакой [враг]. К другим святым местам по всей территории королевства он также проявил щедрость своей благотворительности: одни, разрушенные места, он восстановил в заведомо лучшем виде, а другим, которым не хватало средств, прибавил доходов.d
