cИтак, король, следуя убеждению своей благочестивой матери, вспомнил о брате, изнуренном многими невзгодами, и, когда умер герцог Бертольд5, поставил его во главе королевства баваров. Генрих вступил в брак с Юдифью6, дочерью герцога Арнульфа, женщиной прекрасной наружности и удивительной мудрости. Итак, согласие между братьями, угодное Богу и желанное людям, стало известно [всему] миру, когда они, [действуя] единодушно, увеличивали государство, уничтожали врагов и с отеческой властью управляли жителями. Ибо [Генрих], приняв герцогство, не предался лени, а, отправившись [в поход], взял Аквилею, дважды победил венгров, переплыл соседнее море и, захватив большую добычу в стране врагов, в целости привел войско обратно. Итак, нравы, свойства и наружность столь великих [мужей] милость всевышнего предназначила на радость [мира] и ко всяческому украшению. Сам государь, старший и лучший [из братьев], славился, прежде всего, благочестием, в делах превосходил решительностью всех смертных, был всегда любезен, кроме [тех случаев], когда [внушал] страх [своим] королевским наставлением, щедр в дарениях, умерен в отношении сна и даже во сне всегда о чем-нибудь говорил, так что казался бодрствующим; друзьям он ни в чем не отказывал и был им верен больше, чем другие, так что некоторые из них, уличенные в преступлении, сами избирали его своим защитником; он же никоим образом не верил [в их вину] и потом обходился с ними так, словно они ни в чем против него не погрешили. Таланты его были удивительны, ибо после смерти королевы Эдит он, не зная до этого грамоты, настолько ее изучил, что вполне [свободно] мог читать и понимать книги. Он умел говорить на романском и славянском языках, но редко считал достойным ими пользоваться. Он часто охотился, любил игру в шахматы и с королевским достоинством проявлял иногда расположение к верховой езде. [С этим] он соединял [соответствующий] королевскому достоинству громадный рост, голову его покрывали седые волосы, глаза были карие, излучавшие подобный молнии блеск, лицо красное и вопреки древнему обычаю длинная борода; грудь была покрыта гривой, как у льва, живот соразмерный, походка, некогда легкая, но позднее ставшая более тяжелой; одежду [он носил] отечественную, никогда не пользуясь иноземной. Говорят, что сколько бы раз ни надо было ему носить корону, это не мешало ему соблюдать пост. Генрих жеc dбыл настолько красив, что никто из мужей того времени не мог с ним в этом сравниться. В оружии и смелости он был подобен отцу, а в проявлении предусмотрительности отдавал предпочтение матери;d cон был столь строгого нрава, что тем, кто его не знал, казалось, что он отнюдь не милостив и не любезен; будучи тверд духом, он настолько был верен друзьям, что [некоего] воина, состояние которого было весьма скромным, почтил тем, что женил на сестре своей супруги, сделав его своим товарищем и другом7. Он был прекрасного телосложения и в молодости всякого человека располагал к себе своей превосходной наружностью. Младший же из братьев, господин Бруно8, был человеком большого ума, [отличаясь] большой мудростью, многими добродетелями и трудолюбием. Когда король поставил его, как будет сказано позже, во главе неукротимого народа лотарингцев, он очистил [эту] область от разбойников и наставил в законном порядке;c dлюбя вверенное ему стадо, он многих отвлек от заблуждений, одних приведя к лучшему посредством постоянных диспутов, а других побудив к более святым желаниям с помощью зрелого наставления; кроткий в речах, смиренный в учении, он [был] разрушителем всякого зла и приверженцем истины, мягким к подчиненным и строгим к гордецам; то, чему он учил других, сам же первый и исполнял. Он также построил в своем архиепископстве множество монастырейd
eУмер Рихер, епископ Льежский; ему наследовал Гуго9, аббат Трирский.
В Константинополе Стефан и Константин, видя, что после низложения отца все предпочитают им сына императора Льва, уже едва признавая за ними второе место, решили поступить с Константином так, как уже поступили с отцом; однако тот, кто дал им сей дьявольский совет, сам же и выдал их планы; когда, сидя, согласно уговору, на пиру, они нарочно завели спор о первенстве между ними, то по [данному] знаку оба брата были низложены людьми Константина10; обрив головы, их отправили молиться Богу в тот самый монастырь, куда они сослали [своего] отца. Так, освободив дворец от недостойных императоров, сам Константин и Роман11, его сын от дочери императора Романа, правили в течение 16 лет.e
946 г. Король Оттон через послов примирился с королем Людовиком, что принесло Людовику большую пользу.
