Дмитрий Запольский: Да. Можно сказать, я первым эту аферу и обнаружил. Испания всегда любила «серые» деньги и легко их принимала. И паспорта раздавала всем желающим. Тепло и сыро, и пахнет гнилью, как писал Максим Горький. Вот Александр Малышев и организовал там базу. Что связывает испанскую группировку с Путиным? Риторический вопрос: таким же образом можно связать Путина с любой группировкой в Санкт-Петербурге. У Романа Цепова (кстати, никогда у него не было клички «Продюсер»!) в собственности было предприятие «Балтик-Эскорт», это ЧОП. Учредителями были Цепов и Золотов. В этой конторе главбухом работала некая Уварова. Муж Уваровой – начальник петербургского РУБОПа. А в момент создания «испанской группировки» Уваров был начальником отдела по лидерам оргпреступности, а замом начальника был Николай Аулов, который фигурирует в прослушках испанских спецслужб. Он же – соавтор Андрея Константинова в его книгах и сценарии сериала “Бандитский Петербург”. А спонсировал Цепов.
Но такие же связи были с тамбовскими, и с Костей Могилой, и с «пермскими» (лидер группировки Ткач у Цепова числился охранником), и с Мирилашвили, и с чеченскими (у Цепова были нежнейшие взаимоотношения с «чехами»), и с казанскими, но их как-то гнобили и совсем умножили на ноль в начале двухтысячных.
Ромушка как-то при мне (а мы были близкими друзьями) пошутил, назвав РУБОП «управлением по работе с плохо организованной преступностью». То есть надо четко и ясно понимать: власть разрешала работать определенным криминальным структурам, которые декларировали лояльность власти, полную информационную открытость своих финансовых потоков, обязались пресекать на корню любые поползновения на власть и готовы были при необходимость выполнять грязную работу – в любой момент убрать кого-то, разорить, разрушить собственность и так далее. Потом власть сказала «спасибо, теперь выбирайте — либо вы становитесь официальным бизнесом, и мы вам прикомандировываем своих чекистов, чтобы вы их кормили заодно и не дурковали, либо…» Ну, в общем, выбор небольшой: Иван Кивилиди позвонил по телефону, намазанному солями таллия, Костя Могила получил очередь из «Калашникова», Кумарин глухо сидит. Ну а Ромушка Цепов, друг мой сердешный, выпил чайку с полонием… Ну и так далее…
Русский Монитор: Вы говорили о том, что изначально у Собчака было три советника по разным направлениям. Роль Путина, как куратора направления по связи со спецслужбами, сразу виделась основной – или полномочия перераспределились в его пользу по итогам его деятельности, то, есть фактически, это было подключение к управляющему интерфейсу?
Дмитрий Запольский: Да, хорошее сравнение.
Русский Монитор: Ниточки уходили в Москву?
Дмитрий Запольский: Насчет Москвы не уверен. Зачем вообще нужны были в 1989 году нити в Москву? Все решалось на местном уровне, в Москве была полная неразбериха – СССР, РСФСР, Ельцин, Горбачёв, депутаты СССР и РСФСР, кому это все было нужно в Питере?
Русский Монитор: А Лубянка, она имела какие-то координирующие функции?
Дмитрий Запольский: Вы имеете в виду, Путин был посланником Лубянки при Собчаке? Нет! Лубянка сидела на попе ровно и томилась от неизвестности.
А сам Путин никому был неизвестен и неинтересен в Москве. Там вообще не было никакого механизма власти.
Русский Монитор: Ну, а что же было центром?
Дмитрий Запольский: Ничто не было центром.
Русский Монитор: А чьи интересы в таком случае представлял Путин?
Дмитрий Запольский: Свои, прежде всего. Его выдавили из ПГУ как подозрительного двойного агента, он вообще был никем. Халтурил бомбилой по вечерам.
Русский Монитор: Тогда о каком интерфейсе идет речь?
Дмитрий Запольский: О! Тут все гораздо круче: через Путина Собчак подключился к реальности…
