Все соседние графства были ввергнуты в величайшее замешательство, когда услышали, что французская армия потерпела поражение, и не было никого настолько храброго, пусть даже сидящего в самом крепком замке, кто бы не дрожал от страха. Ведь самые мудрые из них сразу же поняли, что за этим поражением последуют и умножатся величайшие горести, если только Бог не принесет какого-нибудь облегчения. Жители Лиона пришли в замешательство, когда впервые услышали о том, что победа досталась ротам разбойников. Однако они самым сердечным образом приняли тех, кто уцелел в этой битве, и очень переживали по поводу несчастья случившегося с сеньором Жаком де Бурбоном и его сыном сеньором Пьером. Дамы, и старые и молодые, самым сердечным образом навестили их, поскольку в городе Лионе их сильно любили. Сеньор Жак ушел из жизни на третий день после сражения, а его юный сын ненамного его пережил. О них много скорбели и оплакивали. Король Франции был сильно поражен смертью сеньора Жака де Бурбона, но поскольку ничего нельзя было исправить, то он был вынужден сносить свой траур так как мог.
Теперь мы вернемся к этим разбойникам, которые, решившись держаться вместе, были сильно обрадованы исходом этой битвы. Они оказались в большом выигрыше, как из-за добычи, взятой на месте, так и благодаря выкупам за своих состоятельных пленников. Эти роты имели всю страну в своем распоряжении, поскольку больше никто не рисковал их атаковать. Вскоре после битвы при Бриньэ они вторглись в графство Форез и полностью разграбили и разрушили его, за исключением крепостей, и поскольку они составляли такие большие отряды, что маленькая страна не могла их содержать, то они разделились на две части. Мессир Сегуэ де Батфол командовал меньшей частью, которая, тем не менее, состояла из примерно 3 тысяч воинов. Он двинулся к Ансу (Ance) 16, что около Лиона, где остановился на постой. Затем он сильно укрепил и частично отстроил его и держал свои войска по окрестностям, которые представляли собой одни из самых богатых краев на свете. Он опустошил и забрал выкупы со всех местностей выше и ниже по Соне, таких как графство Макон, архиепископство Лион, сеньория Боже и со всего края до самого Марсийли-ле-Ноннэ (Marsilly les Nonnains) 17 и графства Невер.
Другой отряд этих вольных рот, под командованием Нандоза де Бонгверана, Эспьота, Карнелля (Carnelle), Роббера Брике, Ортинго и Бернара де ла Салль, Ла-Нуя, бастарда Камю, бастарда де Бретей, бастарда де л`Эспар и многих других людей того же сорта и тех же наклонностей, двинулся к Авиньону, говоря, что они пойдут туда и нанесут визит папе и кардиналам, чтобы забрать часть их денег, а иначе те об этом сильно пожалеют. Они ждали в окрестностях города, чтобы получить свои выкупы за пленников, взятых при Бриньэ, и чтобы посмотреть, как долго продлиться заключенный королями мир. На своем пути к Авиньону, они брали города, замки и крепости, ведь перед ними ничто не могло устоять. Вся страна была в тревоге, поскольку в тех краях у них не было войн, и стража не знала, как защищать или удерживать крепости против таких воинов.
Эти роты получили сведения о том, что в Пон-дю-Сент-Эспри (Pont du St. Esprit) 18, что в 7 лье от Авиньона, находится очень большая добыча, и что туда, как в надежное место и по причине крепости замка, свезены все богатства окрестной страны. Посему они посовещались между собой и согласились с тем, что если они завладеют городом Сент-Эспри, то получат от этого величайшую выгоду, так как тогда они будут хозяевами Роны, а также и Авиньона. Хорошенько обсудив свой план, Гуийо дю Пен и маленький Мешен (как я о том слышал) оседлали своих коней и вместе со своими ротами за одну ночь проскакали 15 лье. На рассвете они подошли к городу Сент-Эспри, который и захватили, а с ним и всех людей обоего поля, которые там находились. Это было достойно жалости, так как они убили множество осторожных мужчин и изнасиловали множество девиц. Они захватили несметные богатства и продовольствие, достаточное для пропитания в течение целого года. Они могли легко выходить из города и в течение какого-нибудь часа, и без всякой опаски, оказываться во французском королевстве, а течение другого часа - в пределах империи. Туда они стянули свои роты и двинулись вперед к Авиньону, в котором пребывали в большой тревоге папа и кардиналы. В Пон-дю-Сент-Эспри эти роты выбрали для командования всеми своими войсками одного капитана, которого обычно звали другом 19 Бога и врагом всего мира.
Помимо этих рот в это время во Франции было множество других грабителей, англичан, гасконцев и немцев, которые желали там жить 20 и которые держали гарнизоны во многих крепостях. Хотя уполномоченные короля Англии и приказывали им оставить эти замки и покинуть страну, но они им не подчинялись и доставляли много огорчений, как королю Франции, так и его совету.
