Затем все сеньоры подписали этот вызов и скрепили его своими печатями — все, исключая лишь герцога Жана Брабантского, который тогда придумал новую отговорку и не пожелал внести свое имя в эту грамоту. Дескать, когда приспеет время и срок, он пошлет вызов самостоятельно.
Доставить вызов во Францию было поручено епископу Линкольнскому, который хорошо справился с этим заданием. Приехав в Париж, он передал послание королю Филиппу умело и честь по чести, так что его не в чем было укорить или упрекнуть. И был ему выдан пропуск, чтобы он мог вернуться назад к королю, своему сеньору, который находился в Мехельне.
Однако я желаю вам рассказать о двух великих ратных предприятиях, совершенных мессиром Готье де Мони в ту же самую неделю, когда король Франции получил вызов. Лишь только мессир Готье узнал и услышал, что король Филипп должен вот-вот получить вызов, он созвал и собрал примерно 40 копий добрых латников, стойких и храбрых, и выехал с ними из Брабанта. Он продолжал свой путь и ночью и днем, пока не прибыл в Эно. Там он углубился в Блатонский лес. Никто из его соратников еще не знал, что именно он замыслил совершить. Но там, в лесу, он открылся некоторым самым доверенным людям. Он сказал, что, еще находясь в Англии, дал обещание и обет в присутствии дам и сеньоров, что первым войдет с войной в королевство Французское, захватит там замок или укрепленный город и совершит какой-нибудь ратный подвиг. Поэтому его намерение состоит в том, чтобы доехать до самого Мортаня и внезапно захватить этот город, который стоит в землях Французского королевства. Те, кому он открылся, радостно согласились участвовать в этом деле. Затем они подтянули подпруги коням, покрепче пристегнули латы и поехали дальше, соблюдая полную скрытность.
Проследовав через Блатонский и Бриффейльский леса, они прибыли незадолго до рассвета под город Мортань. Калитка в городских воротах случайно оказалась открытой. Мессир Готье де Мони спешился самым первым и очень тихо вошел в ворота с некоторыми своими соратниками. Затем они оставили часть своих людей охранять ворота, дабы их не поймали в ловушку, и двинулись вдоль по улице — мессир Готье со своим флажком впереди — по направлению к большой башне и стенам замка. Они надеялись найти башню тоже плохо охраняемой, но ошиблись в своих расчетах, ибо ворота с калиткой оказались надежно и плотно заперты. Стражники замка услышали шум и заметили чужаков со своего поста. Всполошившись, они начали трубить и гудеть в свои рожки: «
Когда мессир Готье де Мони увидел, что люди в Мортане поднялись по тревоге, то неторопливо отступил к воротам. Однако по пути он велел поджечь дома на улице, выходившей к замку. Пламя тотчас занялось и запылало, и сгорело там в то утро целых 60 домов.
Жители Мортаня были очень испуганы, ибо думали, что их город полностью захвачен. Но сир Мони и его люди ушли оттуда и поехали назад в сторону Конде. Там они переехали через реку Л’Эско и реку Энн, а затем направились по дороге к Валансьенну. Оставив его по правую руку, они прибыли в Денэн и отдохнули в местном аббатстве. Потом они приехали под Бушей и уговорили местного кастеляна открыть им ворота, чтобы они могли переехать через реку, которая течет со стороны Арлё, что в Пайёле, и впадает в Л’Эско[1340].
Оказавшись на другом берегу, они оставили Бушей позади и подъехали к одному мощному замку, называвшемуся Тён-Л’Эвек. Этот замок стоял на реке Л’Эско, относился к владениям Камбрези и подчинялся епископу Камбрейскому. Тогда в нем не было сколько-нибудь внушительной охраны, ибо жители той земли вовсе не думали, что они уже находятся в состоянии войны. Поэтому стражники Тёна оказались застигнуты врасплох, а замок был взят и захвачен вместе с кастеляном и его супругой. Сир де Мони разместил в Тён-Л’Эвеке хороший гарнизон и повелел оставаться там одному своему брату, рыцарю, коего звали мессир Жиль де Мони, по прозвищу Гриньяр. Этот рыцарь потом доставил много тревог жителям Камбрези и самого города Камбре, I-ибо замок стоял всего в одном лье от него.
Когда мессир Готье де Мони исполнил свой обет, то, уже не таясь, вернулся в Брабант к своему сеньору, королю Англии. Найдя его в Мехельне, рыцарь поведал о своем рейде. Король его радостно выслушал и счел это деяние великим подвигом.-II[1341]
Вам уже было подробно рассказано о том, с каким уговором сеньоры Империи разъехались от короля Англии, о совещании, проведенном ими в Мехельне, и о том, как они послали вызов королю Франции.
