После уже описанных событий, примерно на день Святого Иакова и Святого Христофора[1654], в год вышеназванный, случилось так, что епископ Льежский[1655] вступил в войну с некоторыми из своих городов, и в частности с городом Льежем. При этом Юи[1656], Динан[1657], Бувин[1658] и многие другие города тоже держались заодно против епископа Льежского, поскольку он предъявлял к ним чрезмерные требования.
Тогда епископ устроил великий сбор своих друзей и других латников. К нему прибыли: его брат, граф Маркский[1659], Карл Богемский — новый император, граф Намюрский, граф Бергский[1660], граф Лоозский, сир Фалькенберг[1661], монсеньор Жан д’Эно и многие другие великие сеньоры. Все они расположились по городкам и укрепленным местам вокруг Льежа.
Когда льежцы об этом узнали, то дружно выступили из Льежа, раскинули лагерь вблизи от города и выкопали большие рвы вокруг себя, оставив только один проход, чтобы к ним можно было прийти на переговоры. Кроме того, вместе с ними там расположились жители соседних городов, названных выше.
Тогда случилось, что в среду, после дня Святого Христофора[1662], примерно в час прим, сир Фалькенберг с большим количеством рыцарей, латников и со многими знаменами поехал вокруг лагеря льежцев, чтобы посмотреть, нельзя ли проникнуть за их укрепления; однако эта разведка не была успешной. А тем временем все другие латники стояли в полной готовности, построенные полками, с копьями и глефами в руках, дабы помочь своим, если те смогут прорваться за укрепления льежцев.
Когда сир Фалькенберг увидел, что не сможет достать льежцев ни копьями, ни стрелами, то поехал к другому лагерю, раскинутому рядом с городом, в котором большое количество простонародья торговало провиантом и мелкими продуктами. Затем напал на них сир Фалькенберг и начал их убивать и рубить. Кто смог убежать, тот спасся и унес ноги, но всё равно там было убито примерно 300 человек. Всё это было сделано, чтобы выманить льежцев за укрепления, однако они не сдвинулись с места, хотя там стоял такой громкий шум и такой пронзительный крик, что слушать их можно было только с величайшей жалостью.
Итак, сир Фалькенберг поубивал торговцев едою, которые, как сказано выше, находились между городом Льежем и укрепленным лагерем, но всё равно не смог заставить льежцев сделать вылазку. Тогда он и его соратники решили на совете, что нападут на них сами.
Затем они ринулись через проход, который льежцы оставили свободным, и врезались в них все разом, выкрикивая «
В конце сражения сир Фалькенберг был убит вместе со своим конем и своими людьми. Никто не вырвался: погибли 10 банеретов, считая самого сира Фалькенберга, а также много других латников с флажками и гидонов[1663]. Из людей сеньора Фалькенберга пали 16 сотен басинетов, не считая льежцев[1664].
И когда епископ Льежский и другие бароны увидели этот разгром, то даже самые смелые из них обратились в бегство, не дожидаясь один другого, хотя никто их не гнал и не преследовал. Побежал и монсеньор Карл Богемский со своими новыми германскими знаменами, что было для него великим позором и очень большим бесчестьем на первый раз.
Между тем льежцы совершенно спокойно оставались за своими укреплениями и широкими, глубокими рвами, не делая вылазок и не выходя наружу. И досталась им честь и победа по праву. Когда они увидели и узнали, что враги снялись с лагеря и бежали, то пошли сносить все укрепленные дома враждебных им рыцарей, которые стояли в округе. Они подкопали и снесли замок Клермон[1665], который был хорошим и мощным, а также срыли до основания и обрушили наземь многие другие замки, которые были на стороне епископа Льежского.
Теперь вернемся к королю Эдуарду Английскому и расскажем, что он совершил вместе со своими людьми.
