Когда испанцы закончили свою погрузку и забили свои суда льняными тканями и все тем, что могло бы пригодиться в их стране, они сели на свои суда в Слейсе. Они знали, что должны встретить англичан, но не придали этому значения, так как они снабдили свои суда невероятным количеством всех видов военного снаряжения, таких как стрелы для арбалетов, орудия 38, и куски кованного железа для метания в противника, надеясь с помощью их, а также больших камней потопить вражеские суда. Когда они подняли якорь, ветер был для них благоприятным. Там было 40 больших судов, такого размера и таких прекрасных, что видеть их под парусом было восхитительным зрелищем. У верхушек их мачт были маленькие башенки полные камней и солдаты для их охраны. И был еще флагшток, на котором по ветру развевались их вымпелы, так что было приятно на это посмотреть. Если англичане имели большое желание с ними встретиться, то казалось, что испанцы хотят этого еще больше, как впоследствии и оказалось. Испанцев было целых 10 тысяч человек, включая всевозможных солдат, что они завербовали, пока находились во Фландрии, и это придало их флоту достаточно храбрости, чтобы не бояться сразиться с королем Англии, и любыми теми силами, что он мог выставить на море. Намереваясь сразиться с английским флотом, они плыли с попутным ветром, пока не подошли к месту напротив Кале. Находившийся в море король Англии очень ясно объяснил всем своим рыцарям тот боевой порядок, которому они должны были следовать. Он назначил Робера Намюрского командовать кораблем под названием «Ле-Саль дю Руа» (Le Salle du Roi), на борту которого находились все его домочадцы. Свое место король определил на носу собственного корабля. Он был одет в черный вельветовый жакет, а на голове у него была маленькая бобровая шапочка, которая ему очень шла. В этот день, как говорили те, с чьих слов я это рассказываю, он был счастлив как никогда в жизни, и приказал своим менестрелям сыграть перед ним немецкий танец, который недавно ввел сэр Джон Чандос. Для развлечения он заставил этого рыцаря петь со своими менестрелями, что доставило ему большое удовольствие. Время от времени он посматривал на башню на своей мачте, где поставил стражу, чтобы сообщить ему, если появятся испанцы. Пока король так развлекался со своими рыцарями, которые были счастливы видеть его таким радостным, вахтенный, который высматривал флот, закричал: «Эй! Я заметил корабль и мне кажется, что он испанский». Менестрели замолкли, и его спросили, один ли корабль или их больше, и вскоре он ответил: «Да, я вижу два, три, четыре и там так много кораблей, да поможет мне Бог, что я не могу их сосчитать». Тогда король и его рыцари поняли, что это должны быть испанцы. Было приказано трубить в трубы, а кораблям выстроиться в боевую линию, поскольку они отдавали себе отчет, что раз враги пришли в таком количестве, то без боя они не разойдутся. Однако было уже поздно, около часа вечерни. Король приказал принести вина, которое выпили и он и его рыцари, и затем каждый водрузил себе на голову шлем. Теперь испанцы подошли близко. Если бы они захотели, они могли бы легко уклониться от битвы, так как у них были хорошие большие корабли, и ветер был для них благоприятный. Они могли бы избежать разговора с англичанами, если бы захотели, но их гордость и самонадеянность заставили их поступить иначе. Они посчитали ниже своего достоинства проплыть мимо, но немедленно поплыли на англичан и начали бой.