Отдыхаем вовсю. Кто как может. Адам носится за козами по лугам. А мы все - кто во что. Только Мафусаил сидит под смоковницей и усиленно обдумывает проект заселения чёрных дыр. Вокруг него на одной ножке прыгает Ева (земная, я имею в виду) и донимает наболевшими проблемами.
- Мафик, а Мафик, - тянет Ева.
- Ну чего тебе? - нехотя отвечает Мафусаил.
- А почему Солнце жаркое, а Луна холодная?
- Это всё, что тебе хочется знать? - ехидно уточняет Мафусаил.
- Нет, не всё.
- Составь список.
Ева, отмахнувшись от сего замечания, продолжает сыпать вопросами.
- Почему кошка ссорится с собакой? (Как же им не ссориться?)
- Почему девочки и мальчики? (Такая вот логика)
- Почему у вас крылья, а у нас нет? (Ага, тут же и не заметила!)
- Потому, - сразу на всё отвечает Мафусаил.
Ева оттопыривает ножку, становится в немыслимую позу и рассматривает того как бы снизу и сбоку одновременно. Даже Мафусаила этот ракурс заставил покраснеть.
- Слушай, - говорит он. - Прикрылась бы хоть чем-нибудь. Работать же невозможно.
- Чем прикрыться? - немедленно парирует Ева. - И почему работать невозможно? Кстати, а почему это все отдыхают, а ты работаешь?
- Дура. - вскипает Мафусаил. - Возьми вон фиговый листок, оденься и отвяжись.
- А что лучше прикрыть? - кокетливо размышляет вслух Ева, размахивая фиговым листком и попеременно прикладывая его то к лобику, то к бедру. - Здесь? Или лучше здесь? А Адика тоже нужно прикрыть? Так там придётся ободрать целое дерево... Мафик, а Мафик! - вдруг пронзительно вскрикивает Ева и ушедший было в себя Мафусаил вздрагивает. - А почему у меня вот здесь топырится, а у тебя совсем наоборот? Ой, а что это у тебя тут, совсем уже такое огромное? Дай потрогать, - и хозяйским жестом тянет ручонку к заветному месту.
- Брысь! - хлоп её по руке Мафусаил. - Небось не на помойке нашёл.
- А если бы на помойке? - допрашивает Ева. - Тогда можно трогать? Кстати, а что это за такое прекрасное слово - и вдруг мечтательно-сладким голоском - помойка?
- Да уймёшься ты когда-нибудь!
- Подумаешь! - обиженно протянула Ева. - Жадина. Ну и трогай сам, раз жалко. Всё равно у Адика там гораздо больше.
- Знаю, сам одарил, - но я видел, как смешался Мафусаил. Называется, за что боролись. - Слушай, у меня аврал, а ты мешаешь. Размышлять не даёшь.
- А что такое аврал? - мгновенно отреагировала Ева и прибавила, чуть подумав: - Зачем и почему?
- Знаешь что, - ответил проказник. - А не пошла бы ты...
- Куда? - с радостной готовностью откликнулась Ева.
Мафусаила осенило. Я испугался, поняв это, но не знал, что делать, потому решил даже не выглядывать из-за своего камня. Лежал, как дурак перед экзаменом, не зная, что предпринять что.
- А вон туда... К той яблоне, - злорадно кивнул в сторону злосчастного деревца Мафусаил. - Съешь яблочко и сразу всё узнаешь.
- Да? - усомнилась Ева. - А почему тогда все говорят, что если съем оттуда яблочко, то тут же и умру на месте?
- А ты уже испугалась? - усмехнулся отличник. И быстренько подначил. - Боишься!
Ну Ева, конечно, руки в боки: - И ничего я не боюсь! - одним прыжком к дереву и обратно другим, а в руке яблоко.
Я окаменел от ужаса, да что же делать-то.
Ева держит яблоко, но пока не ест, размышляет.
- Боишься! - опять протянул Мафусаил.
- Подумаешь! - гордо отвечала Ева. - Я вообще бесстрашная... Адик! Адик! -
Стала звать Адама. Тот лёгок на помине, тут как тут.
- На, попробуй! - и протянула мужу яблоко.
- Это что? С того самого дерева? - удивился простодушный Адам. - Жить надоело?
- Очень надо умирать, когда солнце светит! - ответила Ева и что-то до боли знакомое послышалось мне в её словах. Да ведь то ребро Илья творил, не я вовсе... Или это было ещё ко всему прочему совсем не то, которое лишнее ребро? - Не волнуйся, с другого дерева, напротив. - успокоила супруга Ева.
Адам пожал плечами, хрусть - и половины яблока нет.
- И ничего не умер! - захлопала в ладоши Ева. - Слушай, да оставь мне хоть кусочек, обжора!
И доела огрызок. Когда оба перестали хрупать яблоком, Ева вдруг вспомнила и приказала мужу одеться в фиговые листочки. Тот недоумённо пожал плечами, но послушался.
- Хочу всё знать! - звонко воскликнула Ева и, подумав чуток, горестно покачала головой. - Нет, так и не знаю ничего... Обманщик!
На глазах у неё закипели слёзы.
А тут все наши и набежали. И все орут одновременно, ничего не разберёшь. Я тоже подошёл. Ну, думаю, что будет! Попался отличник, наконец.
- Зачем ты не послушалась? - вопрошает Еву Учитель.
Та вся и сжалась под своим фиговым листочком, и к Мафусаилу: - Ты же сказал...
- Мало ли, что я сказал, - нахально отвечал шутник. - Что я тебе? Реклама вайагры? Армянское радио? Газета "Правда?"
И на сей раз отмазался, прохиндей.
Интересно, сколько ещё эпох пройдёт, обманов выплачется и горя перетерпится прежде, чем эти дуры перестанут верить Мафусаилу.
- А ты куда смотрел? - вдруг грозно обернулся ко мне Учитель.
3. Мечты-мечты
