– Он вовсе не заболел, – сказала Гваделупа. – Боюсь, он мог погибнуть.
Голос ее звучал спокойно, как будто она не озвучила только что самый страшный кошмар любого родителя.
Магнус нахмурился:
– Не знаю, что вам обо мне рассказывали, но тут я ничем не могу вам помочь.
Гваделупа крепче сжала его руку.
– Речь идет не об обычной болезни или о том, что мог бы исцелить кто-то из моего мира, – пояснила она. – Речь идет о вашем мире, точнее, о том, что они соприкасаются между собой. Речь идет о монстрах, от которых отвернулся Бог, о тех, кто видит в темноте и терзает невинных. – Она быстро отвернулась, оглядывая гостиную, и юбка из шотландки закрутилась вокруг ее ног. – О вампирах, – прошептала она.
– О нет, только не это, опять кровососы, – простонал Магнус. – Что за наваждение!
Страшные слова прозвучали. Собрав все свое мужество, Гваделупа продолжила рассказ.
– Сначала до нас доходили слухи об этих жутких созданиях, – выпалила она. – Затем это стали не просто слухи. Один из монстров начал рыскать в округе. Охотиться на маленьких девочек и мальчиков. У одного из друзей Рафаэля пропал младший брат. Мальчика нашли буквально на пороге собственного дома. Крови в его теле не осталось. Мы молились, каждая мать, каждая семья молилась о том, чтобы беда обошла ее стороной. Но мой Рафаэль попал в компанию мальчишек немного старше, чем он сам. Хорошие мальчики из хороших семей, но как бы это сказать… мечтающие доказать всем, что они настоящие мужчины, хотя им еще было взрослеть и взрослеть. Вы понимаете, о чем я?
Магнус не стал отпускать шуточек. Вампиры, ради спортивного интереса нападающие на детей, вампиры, которые не собираются останавливаться, – это совсем не смешно. Он ответил Гваделупе серьезным, понимающим взглядом.
– Они сколотили группу, – продолжила она. – Совсем не похожую на уличную банду, но мальчики говорили, будто собираются патрулировать улицы. Однажды они выследили вампира по дороге в укрытие и растрезвонили всем, что теперь знают, где его искать, что доберутся до кровопийцы. По глупости я не обращала внимания на мальчишескую болтовню. Гораздо больше я переживала за моих младших детей, и все казалось какой-то глупой игрой. А потом Рафаэль и все его друзья исчезли. Это произошло несколько ночей назад. Прежде они могли пропасть на целую ночь, но несколько ночей – это слишком долго. Рафаэль никогда не стал бы меня так пугать. Я хочу, чтобы вы выяснили, где прячется вампир, и отыскали моего сына. Если он еще жив, спасите его.
Если вампиру уже доводилось убивать человеческих отпрысков, подростки, заявившиеся к нему домой, должны были показаться ему чем-то вроде коробки с леденцами. Сын этой женщины мертв.
Магнус опустил глаза:
– Я попытаюсь выяснить, что с ним произошло.
– Нет, – оборвала его женщина.
Магнус поднял голову, повинуясь властному тону.
– Вы не знаете моего Рафаэля, – сказала она. – Зато я знаю. Он спутался со старшими мальчиками, но он вовсе не их шестерка. Они прислушивались к нему. Ему всего пятнадцать, но по силе и быстроте он не уступает взрослому. Если в живых остался только один, это будет мой Рафаэль. Вам не придется искать его тело. Идите и спасите Рафаэля.
Маленькая прекрасная брюнетка… Магнус готов был выполнить все, что было в его силах.
– Даю вам слово, – ответил он.
Ему не терпелось начать расследование. Прежде чем отправиться в отель «Дюмор» – место, где с начала 1930-х годов хозяйничали вампиры и просто не могли не побывать Рафаэль и его друзья, – нужно было навести кое-какие справки. Жители Нижнего мира вполне могли знать что-то о вампире, который настолько дико нарушил Закон. Конечно, нежить могла про молчать в надежде, что вампиры сами разберутся с отступником, но также – и это был худший вариант – могла обратиться к Сумеречным охотникам.
Гваделупа схватила Магнуса за руку до того, как он покинул офис. Вызова в ее взгляде больше не было, теперь он стал умоляющим. Магнус понял, что она никогда не стала бы просить ради себя, однако готова была умолять ради сына.
– Я дала ему крестик, – сказала она. – Падре из собора Святой Сесилии дал его мне собственными руками, и я отдала его Рафаэлю. Он маленький, золотой, вы узнаете моего мальчика по этому крестику. – Женщина прерывисто вздохнула. – Я дала ему крест.
– Значит, вы подарили ему шанс, – сказал Магнус.
Отправляйся к феям, чтобы узнать последние слухи о вампирах, к оборотням – за последними слухами о феях, и никогда не распускай слухов об оборотнях, потому что они могут выцарапать тебе за это глаза: таков был девиз Магнуса.
Ему посчастливилось свести знакомство с феей, работавшей в ночном клубе у Лу Уолтерса. Клуб этот располагался в самой бедной и грязной части Таймс-сквер. Магнус приходил сюда посмотреть на Мэй Уэст[10] раз или два и не мог не заметить хористку с сияющими крылышками и бледно-аметистовой кожей. Так они и подружились с Эйвел – если можно назвать дружбой взаимовыгодный обмен информацией.
Она сидела на ступенях, уже одетая в сценический костюм, выставлявший на обозрение большую часть нежно-лиловой плоти.
