Хроники былого и грядущего полностью

Это очень сильно улучшило комфорт жизни команды и понизило шанс возникновения болезней. Если на судне всё-таки вспыхивала эпидемия — принимались экстраординарные меры. Весь корабль полностью тщательно мыли. Затем его заводили на чистый берег, весь балласт сгружался и выкидывался либо в море, либо в реку. Судно заполняли новым балластом, причём перед укладкой его промывали чистой пресной проточной водой.

Грязная одежда также считалась источником инфекций. Её стирали в добровольно-принудительном порядке два раза в неделю. Поскольку мыло было роскошью, вместо него использовали выпаренную на три четверти мочу и морскую воду. Этот способ был заимствован ещё из старых приёмов валирийцев, которые сейчас были в ходу у гискарцев. Дело в том, что человеческая моча, разлагаясь, выделяет аммиачные группы, а аммиак отлично убирает пот с одежды и смягчает её. Именно так, по научному, конечно, никто кроме мейстеров не изъяснялся, но главное, что способ работал, так что использовали, хоть и по нужде. Мыло было лучше.

Как только корабль достигал источника пресной воды, всегда устраивалась большая стирка: одежду развешивали на верёвке, натянутой поперёк берега и немного опущенной в воду. В таком виде вещи оставляли на сутки, чтобы течение реки хорошенько ее промыло.

Однако, в основном заразу на корабли несли новобранцы и именно это составляло главную проблему. Станнису пришлось разработать целый ряд мер, которые позволяли если не искоренить, то существенно уменьшить риск заражения от новичков.

Прежде всего новенькие проходили через своего рода фильтрационный лагерь, где их полностью брили, причем не только головы, но и подмышки, и пах. Одежду жгли, вместо неё выдавали робу. Кстати, эта мера имела и вторую цель — сбежавшего бритого новичка в робе было легко найти. Дальше новички попадали в специальную медицинскую пристройку, которые обязали иметь на каждой гавани. Там он проходил осмотр целителя. Только после этого новобранцев распределяли по кораблям.

Достаточно сказать, что благодаря столь серьёзному подходу, со столичных кораблей практически исчезли такие заболевания, как сыпной тиф, чесотка, экзема и тому подобные болезни.

Опять же, очень жаль, что подобные инновации распространить можно было лишь силой и только по отношению к собственным людям. Купцы и «вольные капитаны» не входили в этот перечень, а потому устанавливали на кораблях свои законы.

Отдельно стоит упомянуть и морских медиков. В Вестеросе лекари вообще делились на группы. Первые — мейстеры. Это люди, получившие обучение в Цитадели и лечившие сложные или хронические недомогания на основе классических принципов науки. Второй большой группой были целители. Эти люди лечили на основе народных методов. Зачастую подобное лечение ничуть не уступало именитым мейстерам. Даже если целитель что-то не знал, то издревле рабочие способы могли помочь больному. В третью группу входили хирурги, которые специализировались на сохранении жизни солдат после боя. Обычно они занимались ампутациями, прижиганием, вправлением вывихов, лечением переломов, ссадин и других, подобных травм.

Понятно, что на флоте требовались люди, которые могли бы совмещать все три эти специальности. Но это была неосуществимая мечта. А потому, чтобы получить должность военно-морского лекаря, проводилось специальное обучение, на которое не поскупился вложить деньги даже я. Пока что была открыта первая такая академия, в столице, неподалёку от порта. Обучение длилось три года. Этого было достаточно, чтобы выпускать вполне квалифицированных специалистов. Они получали специализацию на исцелении заразных болезней, в список которых входили основные морские, а также приведению человека в норму, после травм.

Получался эдакий недомейстер, заточенный только на лечение, который немного умел в хирургию и целительство. В принципе, этого было достаточно.

Лекарь имел отдельную каюту, расположенную, чаще всего, ниже ватерлинии. Это была очень тесная комнатка с одним или двумя рундуками, низким потолком и небольшим столом для инструментов. Во время боя, в качестве лазарета использовали кают-компанию или жилую палубу, поскольку количество раненных резко возрастало — в каюте хирурга они просто не помещались.

Хм... раз уж зацепил тему корабельных лекарей, то можно пояснить и момент, как боролись с болезнями и смертностью на кораблях.

Главных бичей здесь было несколько, и первый из них — это, конечно, цинга. Смертность от цинги превышала смертность от дизентерии и лихорадки вместе взятых! Некоторое время считалось, что цинга возникает от сидячего и лежачего образа жизни, поэтому больных заставляли... бегать по палубе с чем-нибудь тяжёлым, чтобы разогнать кровь.

К счастью, когда был сделан запрос в Цитадель, оказалось, что у них уже давно хранились исследования на эту тему, но... они просто пылились на полках, совершенно без дела. Трактат «Заметки о цинге»: «Цинга проистекает исключительно вследствие недостатка в питании свежих овощей, фруктов и зелени. Именно это и является основной причиной заболевания».