Я тяжело вдохнула и закрыла дневник. Сейчас снова начнётся тренировка… бесит. Так же мне надоело всё время быть в шортах и белой футболке. Я одеваю домашнюю одежду, только когда ложусь спать.
— Ева, что хочешь поесть?
Стэф включил электрические конфорки, а следом открыл холодильник, который забит доверху разного рода едой… и мне снова стыдно. Многих ингредиентов, как и названий блюд, я просто не знаю.
— Эм… что-нибудь мясное, и на твой вкус! — мило улыбнулась.
— Отлично! Хозяин, а вам что?
— Как обычно…
Я дрогнула, и резко повернула голову влево. Рядом со мной сидит брат, в правой руке у него книга. Его золотые глаза с белыми вертикальными зрачками не отлипают от текста.
Сегодня Дориан в чёрном свитере и такого же цвета спортивных штанах. На ногах белые тапочки. На его бледном лице спокойствие и пугающая умиротворённость.
— Как скажите, Хозяин!
Стэф принялся готовить для нас с братом вкусную еду.
— Ты пробудила ману? — спросил Дориан, даже не отрывая взгляд от текста книги.
— Эм… пока нет, — опустила я взгляд, словно меня должны отчитать за мой провал.
— Понятно…
И на этом всё. Вот и весь наш разговор. Когда я только зашла на борт, он был более разговорчивее… хотя, тогда были темы для разговора. Сейчас их просто нет, и он не хочет мне помогать найти между нами общий язык. Вот со Стэфом мы нашли общий язык. Он любит со мной поговорить.
На потолке раздался мужской и женский голос. По телику показывают новости… и почему–то Дориан наконец–то отлип от своей книги.
Брат махнул рукой и железная щупальца, которая и держит огромный экран, опустилась на зону кухни и застыла над обеденным столом.
Я уставилась в экран телевизора. На картинке показался золотой круглый подиум с микрофоном, внизу сцены собралась толпа с фотоаппаратами. Здесь все шесть рас. Их было так много, что вспышки камер выглядели как мерцания тысяч звёзд. Многие держат в руках таблички. И я уже понимаю, что это такое. Таблички означают канал корреспондента.
На сцену вышел мужчина под метра два росту. Его волосы белоснежного оттенка, широкая улыбка и вытянутый подбородок. Глаза блестят изумрудным светом, а вокруг чёрных зрачков кружатся по четыре белых точки. Тонкая золотая броня завораживает взгляд, как и белоснежный плащ, что развеивается за его спиной. На груди высечены золотые звёзды, что выстроились в фигуру «Феникса».
На экране показалась табличка с данными:
«Владыка Системы — Феникс»
«Глава Династии „Адамс“ — Винсент Адамс — 9–тый владелец священных глаз „Бедствие“»
«Девиз Династии: Лисья Гордость — непоколебима!»
Сзади мужчины показалась женщина. Её золотые волосы падают до копчика, лицо милое и показывает добрую улыбку. Её платье соткано из золотого огня, которое выделяет её собственное тело. Глаза… у неё нет радужки или зрачков, внутри, где должно быть глазное яблоко, просто плещется поток желтого огонь.
Появилась новая табличка:
«Золотая Лиса — Лили — Священный зверь Династии „Адамс“»
— Так эта та самая Лисичка, которой покланялось моё поселение⁈ — широко раскрыла глаза.
Дориан лишь слегка кивнул, подтверждая мой вопрос. Он всегда смотрит новости с каким–то особым вниманием, словно он пытается что–то найти… или кого-то.
Мой взгляд упал на четыре белоснежных точки, что кружатся вокруг зрачков Винсента Адамс… это «Стигмы»! В книгах, что я читала, говорилась о них вскользь. Единственное определение, которое я знаю: Стигмы — истинная частика Прародителя, доставшееся нам от великих героев прошлого, что переходит от одного главы Династии, к другому.
