Хроники Дао полностью

Напротив находилась витрина, где были выставлены напоказ всякие диковинки: корень женьшеня, тигровая кость, шкура носорога, грибы линчжи, рога оленя, сушеные ящерицы, козлиные копыта, а также различные засушенные внутренние органы медведя, оленя и сивуча. Рядышком на стульчиках восседали двое мужчин среднего возраста. В принципе, ничего подозрительного в этом не было: завсегдатаи часто захаживали к продавцу трав потрепать языком. Однако эти двое выглядели, словно разбойники с большой дороги.

– Я прибыл сюда по поручению, – сообщил Сайхун.

– Да? – невозмутимо откликнулся хозяин лавки.

Вместо ответа Сайхун протянул вперед письмо от Великого Мастера.

– Приходите завтра, – сказал хозяин, прочитав послание. – Авторитет вашего учителя весьма велик, так что я не могу отказать вам.

Когда на следующий день Сайхун вернулся, ему сообщили, что он может встретиться с теми, с кем хочет. Хозяин лавки обсудил содержавшееся в письме требование и получил согласие на встречу. Через два дня должно было произойти собрание совета, на котором трое монахов получат аудиенцию у патриархов тайного мира боевых искусств.

В Китае существовало два тайных, недоступных обычному человеку мира – мир преступников и Улинь, или мир знатоков боевых искусств. Хорошо это или плохо, но все жители последнего считали себя связанными узами рыцарской чести и нерушимыми принципами. Они подчинялись Царю У линя и советам старейшин, а повседневную жизнь регулировали выработанными ими же законами. Особенный интерес представляли собой знатоки боевых искусств, находящиеся вне закона, – они считали себя борцами за справедливость. Главными отличительными особенностями их стиля было вознаграждение соратников, наказание предателей и щедрая помощь тем, кто случайно показался им симпатичным. Несмотря на то что такие бойцы все еще числились преступниками, они принадлежали миру У линя.

Безусловно, некоторые из них попадали во второй тайный мир. Он контролировался законспирированными бандами – «Зеленый Круг», «Красная Лига», «Трезубец», «Клан Белого Лотоса» и «Общество Железной Голени». Многие бандиты не принадлежали ни к какой традиции, стилю мастера, школе; они не имели ни дисциплины, ни чести. Это было настоящее отребье общества, сборище алчных сикофантов, жутких садистов, тупоголовых амбалов, заботившихся лишь о собственных мышцах и богатстве. Безусловно, многие из этих тайных обществ – например, та же «Красная Лига» – начинались как патриотические организации антиманьчжурского толка, члены которых намеревались свергнуть правителей династии Цин. Однако со временем тайные общества все больше занимались торговлей опиумом и героином, организацией проституции, азартными играми, взяточничеством, вымогательством, политическими убийствами и закулисными манипуляциями.

По всему Китаю жизнь этих тайных обществ тесно переплеталась; щупальца этих связей тянулись во все страны мира, где существовали китайские колонии. Эти таинственные сообщества были необходимы Сайхуну для успешного выполнения поставленной перед ним задачи. Вначале Сайхун решил встретиться с представителями мира боевых искусств, поскольку лишь они могли гарантировать неприкосновенность Хуашань на время, необходимое Сайхуну для поимки Большой Бабочки.

Мир боевых искусств делился на территории; во главе каждой территории стоял патриарх и группа старейшин. Все знатоки боевых искусств обязаны были подчиняться любым решениям совета старейшин. Только самые опытные и авторитетные бойцы могли открывать дискуссии, разрешать дуэли, управлять коллективными действиями или отдавать приказы о казни тех, кто нарушил кодекс чести. Именно перед таким советом должны были предстать трое хуашаньских монахов с петицией от Великого Мастера.