Вокруг Квентина плавали белые тучки, воздух был чист как в Альпах, по утрам. Эден имел свои пределы на карте, и за ними была белоснежная невесомость, на которую глазел Квентин. А за ними ничего. Сзади тебя новый мир, а впереди ничего. Квентину захотелось перешагнуть через перила, чтобы посмотреть, что будет дальше. Где-то там, внизу, затхлая Земля, но Квентин был на Эдене. Непередаваемое чувство.
Вспоминая иные разы на Эдене, Квентин не припоминал такое чувство восторга, как сейчас. Стоя в прозрачном лифте, что отправлялся по стеклянной огромной трубке, среди людей в белых костюмах и комбинезонах, Квентин старался заглушить их мысли. Сосредоточился на этом. Эфир был пустой. Как вдруг, набирать звук стала волна о том, какой сегодня прекрасный день. Заблокировать. Тишина. Три волны, все о разном, но, ничего плохого. Быстро заблокировать. Пока блокировал три, возникло ещё шесть, затем 28, 59, 112…
Лифт остановился так резко, что Квентина подкинуло. Враз — эфир был пустой. Ничего. Слава Богу.
Переводя дух, Квентин покинул лифт и оказался в самом сердце главной башни Эдена.
Все такое механизированное. Белое. Все люди в белоснежных костюмах, сидя на белоснежной мебели, работали с самой последней прогрессирующей техникой в мире, улыбались. Здание имело не одну сотню этажей, и понять на каком ты — было сложно.
Квентин оказался у перил, напротив которой стоит огромная статуя. Она была непередаваемых размеров. Квентин подошел ближе к перилам, чтобы посмотреть. Вниз вели множество этажей, на которых кипела жизнь, так же, нижняя часть огромной статуи.
вверх, так же, ещё столько же неведомо сколько этажей с жизнью и верх статуи.
Статуя изображала Бога нашего спасителя. Она была гладкой, блестящей, и такой огромной. Квентин читал об этой статуе, но видел её в первый раз. Это было потрясающе. Говорили, что металлы, которые были взяты для этой статуи — были взяты не на Земле, это точно. Насмотревшись, Квентин обернулся. По обеим сторонам от лифта на каждом этаже ведут коридоры в офисы, кабинеты, проходы, лаборатории, ангары и так далее.
В башне Эдена производилось все: От еды под маркой Эден, до самых разных видов оружия. Людей здесь было неимоверно много, и Квентин, с ужасом, продвинулся по левому коридору. Блокировать стольких не получится. Это просто убийство. Тем не менее, они начинали лезть в голову. Квентин скользнул в нужный кабинет, который, так кстати, оказался под рукой.
Он оказался в приёмной, где были диванчики, столики, стол секретаря и две двери: Одна в туалет, другая — в другой кабинет.
Секретарша мило улыбнулась, а доходяги, сидящие на диване покривились. Сброд грязных, под кайфом или алкоголем, уставшие, страшные и выглядели чёрт знает как. Медиумы.
Квентин прошел мимо них, и, на минутку, у всех сломался приём, вынуждая Медиумов слышать режущий ультразвук. Одновременно, все схватились за головы. Квентин прошел мимо, поправляя шапку после спазма боли.
— Урод. Послышалось сзади.
— Кретин! Добавил кто-то.
Медиумы.
— Чем могу помочь? Мило спросила секретарша. Квентин осмотрел её. Точно, Ангел.
— Мне нужна мисс Альфидия Аретин. Выговорил Квентин, читая со своего коммуникатора. Секретарша ответила сразу же: — Присядьте, мисс Аретин примет вас, как только сможет.
Квентин уселся на кресло, которое стояло отдельно ото всех, специально, для таких изгоев как он. Достав айпод, он врубил его, принимаясь за коммуникатор. Музыка поплыла по ушам. Timecop1983 — Childhood Memories. Прелестно.
Коммуникатор, в прямом смысле, выглядел как кусок стекла. Это был прямоугольный кусок тонкого стекла, сзади которого была наклейка «Эден». Как только ты приводишь коммуникатор в действие, стекло оживает красками. Любая информация, база данных, карта, контракты на работу, передвижение, интернет, что угодно. Интернет на Эдене не измерялся в Метрах и Килобитах, скорости, просто, как таковой, не было. Операционная система «Эден», и интернет «Эден», работали на скорости звука. Этот коммуникатор был всем для проводника. Его паспортом и рабочим инструментом. Средством информации и получением работы. Квентин сумел хакнуть операционку Эдена и поставить себе пару ретро игрушек. Так же, он смог поставить себе Ретровейв картинку на обои, вместо проклятого Эдена, и обклеил его наклейками, которые выменял на пару косяков и престарелого соседа. Все, с некой завистью и осторожностью смотрели на коммуникатор Квентина.
Убедившись, что все насмотрелись, Квентин положил коммуникатор себе на колени, и полез в карман. Выудил он оттуда некие кубики, о которых шла речь раньше. Перебрав, он достал один кубик и бросил в коммуникатор. Каменный кубик, при прикосновении с коммуникатором, плюхался в него, как будто это была капля воды, и исчезла в куске стекла. Кинул кубик, а приземлилась капля. С ума сойти.
Как только, кубик вошел в стекло, коммуникатор заговорил голосом Глэдис: — Так и знала, что ты не запомнишь.
Все посмотрели на Квентина. Он, слегка, улыбнулся, и поерзал на стуле.
