– В рамках некоторых известных мне магических традиций считается, что это очень полезно, – подтвердил Шурф. – В любом случае я рад, что у меня есть твое согласие. Никогда заранее не знаешь, как сложится жизнь.
На этой оптимистической ноте мы и расстались.
А четверть часа спустя я шел в направлении улицы Медных Горшков. Честно говоря, меня здорово подмывало закатить сэру Джуффину Халли настоящий итальянский скандал, с воплями, слезами и желательно пощечинами – а что, знай наших! Но по здравому размышлению я решил для начала просто заглянуть в его бесстыжие кеттарийские глаза и спокойно, с достоинством спросить: «Ну и какого черта?!» Мне вдруг стало ясно, что от беседы, начавшейся таким образом, я получу куда больше удовольствия. И полезной информации заодно.
– Ну и какого черта?! – спокойно, с достоинством спросил я, закрыв за собой дверь кабинета шефа.
– В смысле? – невозмутимо переспросил Джуффин. – Что именно ты имеешь в виду?
За все годы нашего знакомства я еще никогда не был так близок к желанию кинуться на шефа с кулаками. Но в то же время, за все годы знакомства с собой, любимым, я еще никогда не был столь равнодушен к собственным страстным желаниям. Почти сутки, проведенные в шкуре Шурфа, оказались хорошей школой. Я даже не ожидал.
Поэтому я просто сел напротив Джуффина и объяснил:
– Ну как же. Ваш приятель, Магистр Хабба Хэн. Никакой он не знахарь, было бы из-за чего жопу рвать. Ну, нашел я его, принес вам эти загадочные зернышки, все танцуют. И что теперь? Паковать вещички?
– А разве он сам тебе ничего не объяснил? – благодушно осведомился шеф.
– Ну да, объяснил. Сказал, дескать, никакой я не знахарь, а признак выздоровления, если уж ты меня встретил, значит, все с тобой в полном порядке – как-то так. А толку? Я же был, так сказать, не в себе, когда совершил сей бессмертный подвиг.
– А Хабба, часом, не говорил тебе, что, если получилось сегодня, получится и завтра? – с невинным видом спросил Джуффин.
– Ннну… Да, говорил, – неохотно признал я.
– Тебе мало?
– Мало. То есть мне – вообще никак. Я пока не понимаю, что из этого следует. И как мне реализовывать на практике это бесценное знание. Думаю, думаю и не понимаю.
– А ты не думай, – посоветовал шеф. – Просто живи дальше. И внимательно присматривайся к себе. Я уверен, теперь все станет немного иначе. Так вышло, что ты получил бесценный опыт, на который не смел и рассчитывать. Узнал, сколь мала и ничтожна та часть тебя, на поводу у которой ты почему-то всегда охотно идешь. Дурак будешь, если не сумеешь воспользоваться этим приобретением. Но лично я не удивлюсь, если нынче же ночью ты ляжешь спать, увидишь во сне толпу своих злейших врагов и вместо того, чтобы сводить с ними счеты, вспомнишь, что это – только сон. И проснешься. Или просто перевернешься на другой бок и окажешься в совсем ином сновидении. Не хотел бы навязывать тебе свое мнение, но, на мой взгляд, создание новых Миров – куда более интересное и достойное занятие, чем, скажем, зверская расправа над капитаном Фуфлосом… Впрочем, как раз за нее я тебе всю жизнь буду признателен. Бедняга все-таки выздоровел и вчера приезжал в Дом у Моста – можешь себе представить, только для того, чтобы написать прошение об отставке. Тем не менее, я бы предпочел думать, что это был последний твой подвиг в таком роде. Благо ты наконец-то вполне способен остановиться. Дело за малым, продолжай этого хотеть.
– И все будет происходить само собой? – изумился я.
– Не «само собой», а «само тобой», – передразнил Джуффин.
Я не был уверен, что правильно его понял, но углубляться в эти дебри не стал и поспешно перевел разговор на тему, которая интересовала меня больше прочих.
– Вы лучше скажите человеческим языком, что мне теперь делать? Гулять по городу, пока не встречу вашего приятеля еще раз? Или отправляться в изгнание? Или…
– Еще не набегался? – изумился шеф. – Я-то, честно говоря, очень рассчитывал, что теперь ты наконец соизволишь вернуться на службу.
Я ушам своим не поверил.
– А что, уже можно?
– Неправильно формулируешь. Не можно, а нужно. Вообще-то, ходить на службу – это твоя основная обязанность, – заявил Джуффин.
Как ни в чем не бывало, заметьте.
– То есть уже все хорошо? – я по-прежнему не мог поверить в свое счастье. – Я уже не опасен?
– Еще как опасен, – заверил меня Джуффин. – Как и я сам. И все мы. Или ты до сих пор полагаешь, будто, скажем, твой друг Лонли-Локли – самое безобидное существо во Вселенной?
– Да уж, пожалуй, нет, – я невольно ухмыльнулся.
– И это, как видишь, совершенно не мешает мне держать его на службе. А если, предположим, завтра сэр Шурф утратит контроль над собой и натворит дел, мне придется с ним разбираться. И рука не дрогнет, потому что я твердо знаю, что он – не жертва обстоятельств, а могущественный человек, который в силах совладать с собой. Может – значит, обязан. Понимаешь, о чем я толкую?
Я отрицательно помотал головой. Не то чтобы я действительно не понимал, но хотел послушать дальше.
