Тяжелее всего дела шли у Максима. Отдав меч, он стался лишь с одним кинжалом против сразу двух тварей. Его правая рука постепенно начинала неметь, будто к ней прицепили пудовую гирю и заставили ходить с ней целый день. Максу удалось проскользнуть в открывшуюся щель меж двух химер и, зайдя сзади к одной из них, он разрубил ее от головы до основания. Кинжал едва заметно покрыла темная дымка, которая, впрочем, сразу же исчезла.
Добить оставшихся тварей оставалось делом времени, которого не было: голос изгоя начинал набирать силу как в прямом, так и переносном смысле. В помещение резко похолодало, а паладин вдруг жутко начал кашлять и биться в конвульсиях, изо рта пошла желтая, цвета серы, пена.
— Кладий! — крикнул Варт, уворачиваясь от очередного жала химеры, которое прошло в сантиметре от щеки ящера.
Демон понял без дальнейших объяснений. Прошипев химере что-то на подобие: «пошла прочь мерзкая тварь, не до тебя, обглоданной, сейчас» — он бросился к пьедесталу на помощь Алексу, но опоздал. Вернее, его опередили.
В открытую дверь вместе с порывом пробирающего до костей ветра и сухими листьями влетел темных силуэт и, спустя считанные мгновения, оказался рядом с изгоем. Легким движение руки человек, закутанный в темный шерстяной плащ, оттолкнув еретика к стене на другом конце зала, стрелой метнулся к паладину и, достав из заплечной сумки пузырек с мутной, темно-фиолетовой жидкостью, откупорил крышку и влил содержимое сосуда в исходивший желтой пеной рот паладина. Кладий сидел на подсвечнике и жевал от удивления собственный хвост. Алекс еще раз забился в конвульсиях, но очень быстро затих. Его дыхание выровнялось, а гримаса боли на лице разгладилась. Теперь со стороны казалось, что клирик мирно спит и видит приятный сон.
Расправившись с последними отродьями Бездны, друзья поспешили к пьедесталу. Максим проследил за взглядом нежданного гостя. Тот, не обращая ни малейшего внимания на отряд, стоял и смотрел в ту точку, где еще мгновение назад валялся изгой. Теперь же там был лишь мусор, отсыревшая бумага да жухлые листья.
— Глупцы! — в церкви разнесся истерический старческий смех. — Вы все глупцы! Думаете, вы победили? Думаете, Он на вашей стороне? Как бы не так! Он не пришел, да, Он не пришел, когда я умолял его о помощи, о спасении! И перед вами он тоже не предстанет! Вы все умрете!
Потянуло мертвой плотью, гниющей на костях. Запах страха растворился в воздухе, а за ним явился ужас, сковывающий движения, не дающий здраво мыслить. Максиму хотелось все бросить и бежать как можно дальше от этого гиблого места, которое когда-то было святым. Где-то в ответвленном проходе послышалось клацанье, шарканье. За ними появился, следовавший попятам, скрежет когтей о старые стены церкви. Даже слорг невольно отступил назад, хотя, казалось бы, в его душе нельзя взрастить семя страха, подогреваемое неизведанным.
На лунный свет Хат вышло странное существо. Это было создание с тринадцатью хвостами, телом, на котором гнило мясо. Казалось, что еще немного, и оно вот-вот отделится от костей. Но самым пугающим было даже не это, а голова, вернее головы. Пять голов, но уже не костяных, а человеческих, в глазницах которых горели красные огни, полные ярости и безумия. Максим с трудом узнал голову барона Орида, но следующая мысль его поразила больше: это была та самая химера, с которой они с Алексом сражались в донжоне, только теперь изгой, похоже, завершил свою работу. Взгляд Макса опять приковали красные огоньки в глазницах неестественной для этого мира твари. Она затягивали куда-то, заставляли отрешиться от реальности, бросить все и лишь смотреть в них. Ему даже стало казаться, что лишь они способны даровать ему покой в этом новом мире. Вечный покой.
— Макс, да не смотри ты в глаза ей, тупая оглобля! — прокричал Кладий. — На меня смотри, мешок ты с испражнениями! — Демон залез на лицо Максим и руками заставил того оторваться от манящего взгляда.
— Кладий, ты чего это?
— Очухался? Ну, слава Бездне! Не смотри в глаза этой твари — заберет на тот свет и понять ничего не успеешь!
Демон слез с лица и поторопился с Варту, который, в отличие от Максима, все еще находился под гипнозом существа. Как оказалось, под гипноз попали все, кроме незнакомца и Кладия, который теперь пытался «достучаться» до слорга, но получалось плохо. Незнакомец тем временем намазал чем-то два кинжала и ювелирными бросками отправил один в центральную голову, голову барона Орида, а второй куда-то в грудь. Тварь взвыла от боли, встав на задние лапы и чуть не разрушив стены беснующимися жалами. В ушах у Максима чуть не лопнули перепонки, но это было, как оказалось, всего полбеды.
