Делать что-то было бессмысленно, от тектонических сдвигов ни что не спасет. Выход был лишь один — переносить город. Но вряд ли нашим властям, помешанным на Митре, это будет интересно. Вот только Митра теперь во мне! Правда он до сих пор себя никак не проявил. Это был конец Карабалам-Сити, но возможно тогда люди наконец уйдут от дыры в мироздании, и антимиру нечем будет питаться. «Если ничего не случится». Всплыли в голове слова Хэма. Наверняка тени что-то предпримут.
Внизу лежал старый город великанов.
— Пошли посмотрим, — предложил я. Мы спустились с насыпи и побрели по берегу. Сначала нам попались торчащие из воды деревянные сваи, когда-то на них были установлены высокие дома, но сейчас от них ничего не осталось.
— Это еще Огры строили, — заметил Хэм.
— А вон там Велеты, — показал я на каменные руины. Когда-то это все вздымалось в высь, и было намного выше человеческого роста, но теперь лежало на песке и медленно сползало в воду.
— Слышал, в западной части нашли пещеру великанов? — спросил Хэм.
— Нет, — покачал я головой.
— Надо будет туда как-нибудь наведаться.
Мы расправили крылья и полетели в город. Карабалам-Сити поднимался по мосту над Данапром, потому руины оказались не тронуты. Но теперь оползни быстро их уничтожат.
— Надо показать Аарону, — заметил я.
— Ты хотел сказать великому магистру? — усмехнулся Хэм.
— Никак не привыкну, — посетовал я.
Мы вернулись к обеду. Так как отшельники из белой крепости теперь тоже жили в резиденции, в трапезной было шумно и людно. Последний раз у нас так было зимой, когда в подвалах ордена размещали беженцев. После обеда великий магистр созывал всех в храм.
— Сказать, наверное, что-то хочет, — суетились монахи.
— Будет чинить реформы и репрессии, — отвечали недовольные.
Аарон стоял перед главным алтарем. Мантия великого магистра ему совсем не шла. Вокруг нового всемастера хлопотали послушники. Когда наконец весь народ собрался, великий магистр поднял руку, призывая к тишине. Мы дружно заткнулись.
— Сегодня мы собрались здесь, чтобы соблюсти еще одну традицию! — произнес Аарон. — Согласно первому укладу ордена Спаса, написанного самим МОСКОМ, великому магистру полагается оруженосец. Старшие магистры должны помнить, что у моего предшественника был такой, но он рано умер. Они были лучшими друзьями, потому в память о своем оруженосце прежний всемастер не стал выбирать нового. Потому сегодня, я впервые за много лет, назову имя нового оруженосца великого магистра. Этот человек недавно сопровождал меня в экспедиции по местам наследия великанов, этот человек ведает внутренней обороной резиденции и даже был удостоен права стать комендантом кантурии ордена Спаса, — а вот это он зря сейчас сказал. — Он сталкивался лицом к лицу с хаосом и Митрой, он не раз зарекомендовал себя, как верный служитель ордена, он является Спасом и Шумером. Имя его: Раин О Хара! — меня вытолкнули вперед, и великий магистр надел на мою форму новый шеврон с изображением маленького золотого ангелочка. — Теперь ты официально моя правая рука, — шепнул он.
Далее грянул пир в мою честь. Радости, конечно, было мало, я считал должность оруженосца незаслуженной, так как никак не мог простить себе гибель кантурии, но все же было приятно. Домой я отправился в форме Шумера, чтобы показать новые регалии Лилит. Та радостно бросилась мне на шею. Мы долго целовались в прихожей, а потом я поднял ее на руки и отнес в спальную.
— Ты меняешься? — прошептала Лилит.
— Конечно, — улыбнулся я. — Расту в званиях.
— Нет, — ответила она. — Я серьезно, ты мутируешь!
— Да! — прорычал я, хватая ее в охапку. — Во мне просыпается зверь, когда я вижу тебя!
Неожиданно девушка ловко вывернулась и ударила меня в грудь двумя ногами. Странно, но я не почувствовал боли. Я решил, что это какая-то новая сексуальная игра, и погнался за ней по комнате. Я настиг ее у подоконника и зажал к стене с намерением поцеловать. Лилит мелко тряслась.
— Не трогай меня, демон! — закричала она.
— Да что с тобой? — я бросился в ванную и обомлел. Из зеркала на меня смотрела змеиная морда, во рту болтался раздвоенный язык, а из головы рос рог. — Нет! — закричал я и не узнал собственного голоса. В моих глазах отражался хаос. И это было даже страшнее чем у тех черных людей, что захватили белую крепость.
— Демон! — кричала Ли из комнаты. Я взвыл и бросился прочь из квартиры.
В аду
— Демон! — кричала Лилит из комнаты. Из зеркала на меня смотрела тварь со змеиной головой и раздвоенным языком. Огромный рог рос прямо на глазах.
— Нет! — закричал я и не узнал собственного голоса.
— Демон! — бежать. Отсюда надо бежать. В лес, в дикое поле, не важно. Я не должен никому причинить зла. Я взвыл и бросился прочь из квартиры.
— Демон! — кричали прохожие на улице, завидев меня.
— Уходи, демон!
— Мама, а почему он такой страшный?
— Потому что это демон.
Я старался скрыться от людских глаз, но люди были повсюду. Всем под вечер приспичило погулять.
— Уберите отсюда демона!
