Не успели пройти мимо стоящих рядом яхт, как левый двигатель скис. Я это чувствую по поведению яхты. На такой маленькой скорости крутить штурвал бесполезно. С двумя двигателями я король, а с одним, как орел с оторванным крылом. (
Непрерывно переключаю ход с переднего на задний и с заднего на нейтральный, чтобы прицелиться неуклюжей тяжелой «Мамбой» в узенькую протоку. А там еще и ободранный корпус лежит слева. Яшка подсказывает над ухом: «Чуть больше газа… ставь на нейтральный. А теперь задний. Пап, задний!» Это не мешает, а наоборот, помогает. У него нет такого напряжения, он не стоит за рычагами управления, поэтому сын яснее видит, как маневрировать одним оставшимся у нас двигателем.
Пройдя обломки яхты, мы выходим на плес, где сливаются две протоки, и тут же садимся на мель. Говорю Яшке: «Сына, я опущу якорь. Оттянешь его на динги вперед и бросишь в воду, а я подтянусь на якорной лебедке.»
Размахивая руками, с большим трудом привлекаем внимание Светы. Яшка пересаживается и подходит к носу яхты. Нажимаю тумблер управления якорной лебедкой. Сын подхватывает спускающийся тяжеленный якорь на руки и смотрит, достаточно ли вытравленной цепи.
«Хватит» -
Бросает якорь в воду. Неудачно бросил, прямо под нос яхты, а нужно метров пять в сторону, чтобы я мог подтянуться. Ставлю лебедку на подъем. Опять Яшка держит якорь, но теперь выжидаем, пока динги не отнесет на середину протоки. Бросает. По-моему, в самый раз. Машу ему рукой – отойди.
Вращается лебедка, цепь натягивается, «Мамба» медленно ползет вперед и в клубах ила сходит с мели. Теперь задний ход, чтобы повернуть нос вправо….
Еще пять минут и подходим к давно намеченному месту. Толчок вперед, потом толчок задним ходом. «Мамба» медленно, по инерции, утыкается в сплетение коричневых корней. Есть, прибыли куда хотели!
Давид почему-то решил стать у самого края, не заходя в заросли.
Послеобеденное время проходит расслабленно Давид обещает показать нам, как собирают раковины конк. А потом грозится приготовить из моллюсков нечто совершенно сказочное.
Выходим из бухты и ставим динги на якорь у самого рифа. Здесь настолько мелко, что мотор приходится поднять. Бирюзовая чистейшая вода почти горячая. Бродим, высматриваем на дне раковины. Через полчаса пластиковое ведро заполнено лиловыми витыми раковинами. Теперь можно и понырять. Отводим динги на глубину, в страшнейшей тесноте кое-как одеваем акваланги и плюхаемся с Яшкой в воду. Минут сорок скользим в глубине между коралловыми глыбами и громадами.
Вечером поедаем приготовленное Давидом диковинное блюдо и до одиннадцати часов сидим на мостике, болтая обо всем на белом свете. До предела изумленный Давид узнает, что, оказывается, в Советском Союзе не все были коммунистами или гонимыми диссидентами; что большинству населения идеологические заморочки были до лампочки, что не все считают Горбачева хорошим человеком и не все радуются исчезновению с карты мира своей страны.
Утром часов в семь меня будит пронзительный крик: «На траулере, эй на траулере!»
Спросонок соображаю, что голос взывает к нам, поскольку «Мамба» относится к классу траулеров. Высовываюсь наружу, протираю глаза и обнаруживаю, что перед нами в протоке две яхты. И мы им мешаем, так как стоим поперек.
Зевая обращаюсь к тощему обладателю разбудившего меня пронзительного голоса: «Вы туда не пройдете, слишком мелко». –
- Какая у вас осадка? -
- Четыре с половиной фута. -
- А у меня четыре. -
- Пять минут, и мы свою уберем. -
С помощью разбуженного по тревоге сонного Яшки отвязываем кормовой конец и заводим корму «Мамбы» в сторону, открывая проход.
Потом за нами становится большой тримаран, за ним виднеется мачта еще одной яхты, по-моему, катамарана, а дальше я вижу только мачты, мачты, мачты. Великий исход. Вовремя мы сюда залезли вчера.
Минут через двадцать к нам подходит динги. Толстый мужчина в бейсбольной кепке долго пытается уяснить, откуда мы родом. Первое его предположение представляется мне излишне экзотичным и далековатым от истины: «Вы турки?» -
С пятой попытки доношу до него весть о том, что мы русские.
- Откуда? Пруссия? -
- Россия. -
- Россия? -
- Да, Россия -
Смотрит недоверчиво: «Вы что, прямо из России купили яхту?» -
Пока объясняю, понимаю, что он просто туговат на ухо. Зовут Биллом, как и владельца стоящего за ним катамарана.
«Хорошее у вас место», - замечает Билл. – «Я здесь раньше стоял.» -
Дает несколько дельных советов, как лучше привязаться к манграм и в какую сторону сориентировать «Мамбу».
- Если что-то нужно, зовите на помощь. –
- Спасибо, Билл. Нас трое а вы один, так что можем помочь.-
