«Полицейский автолет нам пригодится», — заметил Плок. Повернувшись к двум агентам первого уровня, он сказал: «Кильте и Нардьюк, следуйте за нами к Поганому Мысу в конфискованном автолете».
Звезда Зонка, поднимаясь на востоке, пролила бледный утренний свет на округ Лютвайлер. Два автолета скользили над степью вдоль дороги, по которой Глоуэн ехал в автобусе ночью в противоположном направлении.
Уставший Глоуэн сидел, расслабившись в полудреме, пока его не разбудил голос Плока: «Скоро Поганый Мыс».
Глоуэн выпрямился и попытался сосредоточиться. Впереди, высоко в воздухе, торчала черная скала Поганого Мыса. Глоуэн показал рукой: «Примерно на полпути до вершины — видите? — оконные стекла отражают солнце. Это и есть семинария».
Обогнув скалу, автолеты приземлились на центральной площади городка. Прибывшие высадились и, не теряя времени, стали подниматься по серпентину дороги, ведущей к семинарии. Только Мааз, младший из рекрутов, остался сторожить автолеты и поддерживать связь с управлением в Фексельбурге.
Направо, налево, снова направо, снова налево и все время вверх шагали, тяжело дыша, шесть человек. Наконец они подошли к фасаду семинарии. Плок поднял дверной молоток и постучал — один, второй, третий раз. Ответа не было. Командор попробовал нажать на дверь, но она не подавалась. Наконец дверь чуть-чуть приоткрылась, раздражающе скрипя петлями. В щель выглянул Мьютис. Рассмотрев группу офицеров, он ничем не показал, что узнал Глоуэна. «Что вам нужно? — прорычал староста. — Здесь мономантическая семинария. Мы ничего не знаем про Зеба Зонка и его сокровища. Проваливайте!»
Плок открыл дверь, отталкивая упирающегося и протестующего Мьютиса. «Что вы делаете? — возмущенно завопил Мьютис. — Назад, или вам не поздоровится!»
Агенты МСБР зашли в вестибюль семинарии: «Приведи сюда ордину Заа! Быстро!»
«Кто ее вызывает?» — упрямо и угрюмо спросил Мьютис.
Глоуэн рассмеялся: «Не тяни время, Мьютис! Ты прекрасно знаешь, кто ее вызывает и почему. Это выездная команда МСБР — вы попали в переплет».
Мьютис ушел и через некоторое время возвратился в сопровождении ордины. Заа остановилась в проеме сводчатого прохода и спокойно рассмотрела группу прибывших. Сегодня на ней была та тяжелая серо-коричневая ряса, в которой Глоуэн увидел ее впервые. Она заметила его присутствие и неподвижно смотрела на него целых три секунды. Глоуэн сказал: «Если вы не забыли, я предупреждал вас о том, что незаконное задержание агента МСБР неизбежно повлечет за собой серьезное наказание. Для вас настало время убедиться в справедливости моего предупреждения».
Заа резко обратилась к Плоку: «Вы по какому делу? Говорите и не задерживайте меня, после чего немедленно удалитесь!»
«Глоуэн уже намекнул на то, по какому делу мы прибыли, — спокойно ответил командор Плок. — Спешить некуда, так как мы собираемся делать свое дело аккуратно и методично».
«О чем вы говорите? Вы понимаете, что находитесь в мономантической семинарии?»
«Благодарю вас за подтверждение! — съязвил, не улыбаясь, командор. — Теперь я уверен, что обращаюсь по адресу и не совершил непростительную ошибку. С этой минуты вы и все обитатели семинарии арестованы по обвинению в преступлениях, совершенных по отношению к капитану Глоуэну Клаттоку. Вы можете распорядиться, чтобы остальные семинаристы собрались на площадке перед входом в семинарию».
Заа не проявила никаких признаков намерения подчиниться. С каменным лицом она заявила: «Ваша юрисдикция на семинарию не распространяется. В округе Лютвайлер мы устанавливаем законы. Вы обязаны удалиться. В противном случае вы понесете ответственность согласно местным законам».
Плок потерял терпение: «Делайте, что вам сказано, и пошевеливайтесь! Если вы сейчас же не подчинитесь, мои люди вас свяжут и вынесут наружу». Заа пожала плечами и, повернув голову, сказала Мьютису: «Созови общее собрание перед крыльцом». Отдав это распоряжение, она повернулась и собралась уходить.
«Куда вы идете?» — спросил Глоуэн.
«Не твое дело».
«Будьте добры, отвечайте на вопросы», — строго произнес Плок.
«У меня есть личные дела, не терпящие отлагательства».
Плок повернулся к одному из подчиненных: «Ступай вместе с ней и проследи, чтобы она не уничтожила никакие документы».
«Дела могут подождать», — тут же сказала ордина.
Мономантические семинаристы один за другим спустились по лестнице и вышли на дорогу, щурясь на утреннюю звезду Зонка.
Плок спросил ордину: «Это все?»
Заа взглянула на Мьютиса: «Все спустились?»
«Все до единого».
Плок обратился к толпе в рясах: «В вашей семинарии были совершены преступления. Их подробное описание еще не подготовлено, но в серьезности этих преступлений сомневаться не приходится. Каждый из вас в какой-то степени виновен. Все вы соучастники — и те, кто непосредственно совершали преступления, и те, кто в это время занимались другими делами, и даже те, кто ничего не замечали, погруженные в медитацию. Все вы понесете наказание».
Глоуэн в замешательстве и с растущим беспокойством переводил взгляд с лица на лицо: «По меньшей мере одной семинаристки здесь нет. Где Лайла?»
