Уэйнесс шла по бульвару; в глухой тишине отчетливый стук ее каблуков разносился удивительно далеко, возвращаясь гулкими отзвуками. Из-за пары чугунных ставень послышалось бормотание низких голосов на фоне каких-то рыданий и всхлипываний. Уэйнесс на мгновение задержалась, но поспешила дальше. Она приближалась к месту, где между домами темнел проем узкого переулка, ведущего к пристани. Когда она проходила мимо, из теней выступил высокий мужчина в темной одежде и мягкой черной шляпе. Он схватил Уэйнесс за плечи и заставил ее повернуть в переулок. Уэйнесс открыла рот, чтобы закричать, но похититель плотно закрыл ладонью всю нижнюю половину ее лица и наполовину повел, наполовину поволок ее, спотыкающуюся, вниз по переулку — у нее подкосились ноги. Уэйнесс начала отбиваться и кусаться; похититель равнодушно произнес: «Перестань, а то шею сверну».
Уэйнесс обмякла, делая вид, что теряет сознание, после чего сделала отчаянное усилие и вырвалась. Бежать можно было только вперед, к пристани, и она припустила со всех ног. Слева она заметила чуть приоткрытую створку деревянных ворот какого-то двора или портового склада. Толкнув створку, она заскочила внутрь, нащупала засов и задвинула его как раз в тот момент, когда преследователь с размаху налег на ворота плечом. Дощатые ворота вогнулись и затрещали. Похититель снова ударил в ворота плечом — доски начинали ломаться и расходиться. Рядом, у стены, стоял какой-то пыльный стол с горшками и тиглями; среди них Уэйнесс нашла пустую бутылку из-под шампанского и схватила ее за горлышко. Трухлявые доски разлетелись на куски, и мужчина в черном прорвался через ворота. Уэйнесс изо всех сил огрела его по голове бутылкой — он пробежал еще пару шагов по инерции и упал. Уэйнесс опрокинула на него стол со всеми горшками, выскочила в переулок и припустила вверх по мостовой. Добежав до бульвара, она обернулась; за ней больше никто не гнался.
Уэйнесс побежала дальше и перешла на быстрый шаг только метрах в тридцати от входа в отель. Оказавшись у входа, она остановилась, чтобы перевести дыхание. Бульвар был безлюден. Только теперь Уэйнесс начинала полностью осознавать то, что произошло. Она еще никогда в жизни не была так напугана, хотя во время нападения особых эмоций она почему-то не чувствовала — если не считать ощущения дикого торжества, охватившего ее, когда тяжелая бутылка трахнула бандита по макушке.
Одолеваемая противоречивыми стимулами, Уэйнесс передернула плечами, обхватила себя руками и снова поежилась — на этот раз от холода. Она зашла в вестибюль и приблизилась к прилавку регистратуры. «Как раз вовремя, я собиралась уходить!» — встретила ее дежурная. Заметив, что Уэйнесс часто дышит, девушка удивилась: «Вы бежали?»
«Да, чуть-чуть пробежалась», — ответила Уэйнесс, стараясь не выказывать особого волнения. Обернувшись через плечо, она добавила: «По правде сказать, я порядком испугалась».
«Какая чепуха! — махнула рукой дежурная. — У нас нечего бояться, особенно если вы правильно повязали косынку».
Во время потасовки платок соскользнул с головы Уэйнесс на плечи. «В следующий раз буду осторожнее, — пообещала Уэйнесс, развязала платок и вернула его служащей. — Большое спасибо!»
«Не за что. Мы всегда рады помочь постояльцам».
Уэйнесс поднялась к себе в номер, закрыла дверь на замок и на засов и плотно задвинула шторы на окнах. Устроившись в кресле, она вспоминала происходившее в переулке. Кто на нее напал — случайный насильник? Наемный убийца? Агент, собиравшийся выпытать из нее добытые сведения? Не было никаких свидетельств, позволявших сделать определенные выводы, но интуиция часто работает в отсутствие явных улик. Скорее всего, улики были, но воспринимались лишь на подсознательном уровне. Голос нападавшего показался ей знакомым. Кроме того, если ей не показалось, от похитителя исходил едва уловимый запах, напоминавший смесь папоротника, фиалок и каких-то инопланетных эссенций. Он был молод и силен.
Уэйнесс не хотела приходить к окончательному заключению — сейчас оно было бы слишком неприятным.
Прошло минут пять. Уэйнесс поднялась на ноги и стала раздеваться. Звякнул телефон. Уэйнесс испуганно замерла. Кому понадобилось звонить ей посреди ночи? Она медленно подошла к телефону и ответила, не включая видеосвязь: «Кто это?»
«Вас беспокоит Альцид Ксантиф».
Уэйнесс присела и включила экран. Ксантиф сказал «Надеюсь, я вас не разбудил?»
«Нет, конечно нет!»
«Я поговорил с Альвиной. Вы произвели на нее хорошее впечатление. Я объяснил ей, что любая оказанная вам помощь послужила бы подспорьем правому делу — не говоря уже о том, что она доставила бы удовольствие в высшей степени приятной особе по имени Уэйнесс Тамм. Альвина согласилась сделать для вас все, что может, если вы зайдете к ней в лавку завтра в полдень».
«Очень рада это слышать, господин Ксантиф!»
«Не хотел бы внушать вам преувеличенные надежды. Альвина предупредила, что не знает, где именно Монкурио находится в настоящее время, но у нее есть адрес, оставленный им несколько лет тому назад».
«Это лучше, чем ничего».
