«Хотелось бы в это верить — хотя я уже не доверяю телефону в собственном номере. Меня без всякого сомнения проследили до Триеста». Уэйнесс решила не рассказывать старому секретарю Общества об убийстве Ксантифа.
«Таким образом, поездка в Бангалор отпадает?»
«Совершенно верно. Если мне удалось направить кого-нибудь по ложному следу, тем лучше».
«Что ты узнала в Триесте?»
«Я спустилась еще на одну ступеньку лестницы — и вас, несомненно, удивит, чье имя всплыло в связи с нашим расследованием».
«Даже так? Чье же?»
«Вашего приятеля-гробокопателя, Адриана Монкурио».
«Ха! — поразмышляв несколько секунд, воскликнул Пири Тамм. — Удивлен-то я, конечно, удивлен — но не слишком!»
«Вам что-нибудь известно о его нынешнем местонахождении?»
«Ничего».
«У вас с ним есть какие-нибудь общие знакомые?»
«Никаких. Я от него давно ничего не слышал — подозреваю, что он либо на другой планете, либо мертв».
«В таком случае придется продолжить розыски. В связи с чем мне тоже, может быть, потребуется покинуть Землю».
«И улететь куда?»
«Еще не знаю».
«Но куда ты направишься сейчас, из Триеста?»
«Боюсь сказать — совершенно необходимо, чтобы это оставалось в тайне. Телефон в моем номере почти наверняка прослушивается. Я звоню из вестибюля».
«Правильно! Ничему и никому не доверяй!»
Уэйнесс вздохнула, вспомнив Ксантифа — ясность его ума, его непоколебимую порядочность.
«Еще один вопрос, дядюшка Пири. Я не зря попросила вас поехать в банк. У меня осталось примерно триста сольдо, но в том случае, если мне придется лететь на другую планету, этого не хватит. Не могли бы вы занять мне примерно тысячу?»
«Разумеется! Две тысячи, если потребуется!»
«Две тысячи в два раза лучше одной. Я приму деньги с благодарностью и верну их как можно скорее».
«Не беспокойся о деньгах. В конце концов твои затраты должен будет возместить Заповедник».
«Я тоже так считаю. Спросите, пожалуйста, служащего, в каком банке Триеста я могу получить их перевод, и я сразу же заберу деньги».
«Ты не можешь себе представить, как я из-за тебя беспокоюсь!» — ворчал Пири Тамм.
«Пожалуйста, дядюшка Пири, не волнуйтесь! — воскликнула Уэйнесс. — По меньшей мере в данный момент я в безопасности — тем более, что я отослала всех негодяев в Бангалор! Они разозлятся, когда поймут, какого дурака сваляли, но к тому времени я уже буду далеко».
«Так когда же я снова смогу с тобой поговорить?»
«Не знаю — это выяснится только через некоторое время».
Рассчитавшись с отелем у прилавка регистратуры, Уэйнесс вернулась в номер. Происшедшее в Триесте оказалось полезным во многих отношениях. Представление Уэйнесс о преступной сущности ее противников, прежде носившее почти абстрактный характер, приобрело вполне реальные черты, леденящие кровь. Они были настойчивы и безжалостны, они предпочитали убивать даже тогда, когда в этом не было необходимости. Если бы она не сбежала, ее бы убили — а с ее точки зрения это было бы весьма трагическим стечением обстоятельств. Такое стечение обстоятельств привело бы к прекращению существования смышленого и резвого существа по имени Уэйнесс, со всеми ее неповторимыми прелестями и причудами, с ее привязчивым и доброжелательным характером, с ее ироническим чувством юмора. Трагедия, да и только!
Уэйнесс никак не могла решить, следует ли ей переодеться в утренний наряд, и в конце концов выбрала компромисс, закутавшись в бушлат и нахлобучив на темные кудри рыбацкую кепку. Вооружившись средствами самозащиты, полученными от Альвины, она чувствовала себя значительно увереннее.
Теперь ей оставалось только уехать. Уэйнесс подошла к двери, тихонько приоткрыла ее и посмотрела в коридор. Вполне можно было себе представить, что за дверью ее уже кто-то ждал, что ее затащили бы обратно в номер, зажимая рот, и расправились бы с ней втихомолку. Подумав об этом, Уэйнесс поморщилась.
Но в коридоре было пусто. Уэйнесс вышла из отеля, спустившись по служебной лестнице и воспользовавшись подземным переходом, кончавшимся на галечном пляже под набережной.
