- Я хотел на следующий день тебе позвонить, но визитку так и не нашёл, с горя напился в хлам... Пил неделю не просыхая, пока в психушку с 'белкой' не загремел. Только там таких и без меня хватает. Выперли уже на следующий день. Я снова - в хлам, и снова меня понесло на чердак, только уже с выкрученной ножкой от табуретки. Был бы этот Михалыч там один, точно прибил бы. Но там бригада была человек семь. Скрутили твари и били толпой, пока я не отключился. Очнулся на лестничной клетке, весь в крови. Нос и два ребра сломаны, глаза заплывшие, зубы последние выбили... Меня моей же палкой били суки.
- А в милиции что сказали?
- Да какая милиция, Серый?! У меня срок отмотан, а к этим волкам только сунься - вмиг что-нибудь новое нарисуют для отчётности. Я ж как бомж тогда был! Оборванец! Кто за такого вступится? Отлежался пару недель дома, благо соседка - тётя Зоя - подкармливала и даже за чекушкой пару раз бегала, чтоб боли снять. Я её потом, когда на бабки разжился, в Израиль отправил на лечение. Отблагодарил, получается... А когда оклемался, твёрдо решил завязать с пьянкой. Ну, а дальше ты знаешь. Вот такие дела, друг. Такая история.
- А почему же ты мне вчера об этом не рассказал? Почему молчал до сих пор? И этим помогал из лужи выбраться... Зачем?
- Не хотел я, Серый, прошлое ворошить, понимаешь? У меня сейчас другая жизнь, другие интересы, цели... Да и козёл этот краснорожий вначале не признал во мне того пьяницу. Я думал, они на рыбалке или на охоте были, ну и пусть себе едут дальше с богом. Я зла на них не держал, пойми. Забыть хочу всё, так они сами - падлы - о себе напоминают.
Вовка тяжело вздохнул и принялся прутиком разгребать тлеющие в костре угли.
- А пушка тебе накой была нужна?
- Как это накой? Вот, как раз, для таких случаев и нужна. Или ты ещё не убедился?
- Да просто ты не говорил о ней...
- Слушай, мы с тобой что, брачный контракт заключаем? Ты меня больше десяти лет не видел! Мало ли, что за это время со мной могло произойти? Я обо всём тебе отчитаться должен? - он рассержено уставился на меня.
- Ладно, не горячись, Вовчик. Извини. Просто эти быки тут наезжать пытались, вели себя борзо, и говорили, что тебя знают. Вот я и подумал, что из-за тебя весь этот сыр-бор. Кстати, где они?
- Как где? Думаю, как минимум, в двадцати километрах отсюда, а то и больше! Я им вслед пару раз пальнул, так они по лугу как по гоночной трассе жарили. Думал, рассыплется колымага, но 'УАЗик' хоть и советский, а всё-таки 'джип' - унёс говнюков в вонючую даль.
Мы с другом засмеялись, и напряжённая атмосфера как-то сама по себе спала. Мы снова были лучшими друзьями, отчаянными путешественниками и охотниками за сокровищами!
Глава 12. Коп
- Слушай, бандит, ты куда мой металлоискатель дел? Я всё обыскал - нет нигде! Даже на этих дятлов наехал, думал, отняли у тебя.
- Значит, плохо искал! - я вытащил из кармана найденный утром рубль и протянул его Вовке. У того глаза чуть не выпали из орбит.
- Ты это в яме нашёл?
- А то! И лежал он ближе к поверхности, у края, а дно я ещё не успел пройти, эти самые дятлы помешали.
- Это ж серебряный рубль, Серёга! Обалдеть! Сколько ему лет-то?
- Не знаю, года не видно. Надо отмывать от грязи.
- Офигеть! Так, где ты аппарат-то дел, разбойник?
- В траве лежит твой аппарат, не переживай. Выбросил, чтобы эти не видели.
- Так чего ж мы тут до сих пор сидим? Хватай лопату и погнали!
В этот раз Вовка убедил меня начинать со дна, и не ошибся. Сигналы шли один за другим, и практически все были цветными. Чего мы только не выкапывали! Через полтора часа карманы моего друга были плотно набиты водочными пробками, пивными и консервными банками, гильзами, времён отечественной войны, а фольги собрали просто невероятное количество! Клондайк! По всей видимости, сюда сбрасывалось всё, что оставалось от пикников. На мои уговоры подняться по склону и поискать повыше, упрямый Вовчик реагировал весьма скептически. Он настойчиво убеждал меня в том, что все клады лежат в самом глубоком месте самого глубокого оврага. Я сильно не сопротивлялся. К тому же копал, всё равно, он. А я, особо не напрягаясь, размахивал детектором как косой и наслаждался видом усердно работающего человека. Когда стало вечереть, у Вовки появились первые признаки экскаваторной болезни - ломка в пояснице и большое нежелание приседать к выкопанным ямкам. После очередной водочной пробки мой запыхавшийся друг-копарь тихонько пробормотал:
- Гори они синим пламенем эти соболя, вместе с гривнами... Я спать! - и отбросив в сторону лопату, побрёл в лагерь. Руки безвольно свисали плетьми вдоль массивного корпуса, а ноги заплетались при ходьбе. Я оглядел место раскопок - весь овраг был перерыт, как после весенней вспашки.
- Вовка! - окликнул я друга. Он медленно обернулся и вопросительно уставился на меня.
- Слушай, я тут подумал... Просто на майские праздники родители меня приглашали к себе огород копать... А ты этот... Ну, теперь профессионал, типа...
Вовка скорчил жалкое лицо и очень медленно поднял руку с выставленным средним пальцем.