— Боюсь, что нет. Карманалов убить невозможно. В свое время и Порядок, и Хаос пытались покончить с ними — это совершенно непредсказуемые существа, никогда нельзя быть уверенным, на чьей стороне они окажутся. Они могут изменить своему союзнику в любой момент, причем без всяких видимых причин. У них нет души; по правде говоря, у них нет даже истинной сущности.
— В таком случае они не могут причинить нам никакого вреда.
А хохот меж тем все гремел и гремел.
— С точки зрения логики, да, с этим утверждением можно было бы согласиться, — отвечал Джери. — Но, боюсь, что все-таки могут.
Несколько прыгающих существ уже приближались к их колеснице, лавируя между застывшими в ледяном сне воинами. При этом они что-то пели.
— Карманалы Зерта всегда поют, нападая на свою жертву, — сказал Джери удивленному Коруму, и тому вдруг показалось, что Джери сошел с ума. Карманалы, размахивая щупальцами, уже поравнялись с колесницей, а этот вечный спутник Героев все продолжал болтать, словно никакой опасности не было и в помине.
Пение нападавших было вполне мелодичным, но от этого путешественникам становилось только еще страшнее. А хохот Ксиомбарг, как своеобразный контрапункт пению карманалов, продолжал греметь с небес.
Но когда поющие карманалы уже лезли на колесницу, Джери вдруг поднял вверх руки, сабля в одной, кинжал в другой, и закричал:
— Королева Ксиомбарг! Королева Ксиомбарг! Как, по-твоему, кого ты сейчас собираешься уничтожить?
Карманалы внезапно замерли на месте, став чем-то похожими на Замороженное Войско, что по-прежнему стояло вокруг.
— Всего лишь нескольких смертных, что дерзнули выступить против меня и принесли смерть многим, кого я любила, — произнес нежный, музыкальный голос позади них.
Корум резко обернулся.
Такой прекрасной женщины он не встречал никогда.
Ее волосы цвета темного золота временами отливали то красным, то черным. Безупречный овал лица, прелестные глаза и чувственные губы, обещающие мужчине в тысячи раз большее блаженство, нежели могла дать любая женщина на протяжении всей истории человечества. Высокая и стройная, она была в пурпурно-золотых с оранжевым оттенком одеждах. На лице ее играла нежнейшая улыбка.
— Это и есть тот, кого я намерена уничтожить? — нежно проворковала она. — Или это кто-то другой, а, рыцарь Тимерас?
— Имя мое теперь Джери-а-Конел, — сказал тот светским тоном. — Однако позволь представить тебе…
Но тут Корум сделал шаг вперед.
— Ты предал нас, Джери?! Ты вступил в союз с Хаосом?!
— К сожалению, нет, — все так же нежно произнесла королева Ксиомбарг. — К сожалению, он не в союзе с Хаосом. Я знаю его, он часто сопутствует тем, кто служит Порядку, — она с нежностью и любовью посмотрела на Джери. — Ты не меняешься, Тимерас. Ты все такой же. И ты, пожалуй, нравишься мне больше всех остальных мужчин.
— А ты мне нравишься больше всех остальных женщин, Ксиомбарг.
— Хоть я и женщина, но прежде всего я — королева здешнего царства. Я знаю, что ты всегда сопровождаешь Героев, Джери-Тимерас. Отсюда я делаю вывод, что этот красавец-вадхаг с таким странным глазом и не менее странной рукой — тоже какой-нибудь Герой…
Вдруг выражение лица ее изменилось. Широко раскрыв глаза, она пристально уставилась на Корума.
— Я знаю! Теперь я знаю!
Корум невольно подобрался, как перед прыжком.
— ТЕПЕРЬ Я ЗНАЮ!
Она вдруг начала менять очертания и форму, как бы расплываясь вширь и ввысь. Ее прелестное лицо превратилось сначала в голый череп, потом в маску хищной птицы, потом обрело мужские черты и наконец вновь стало лицом прелестной женщины. Но теперь она была высотой с огромный дуб, и ничего неясного в ее лице совершенно не осталось.
— ТЕПЕРЬ Я ЗНАЮ!
Джери рассмеялся:
— Ты же не дала мне договорить! Позволь все-таки представить тебе принца Корума — Принца в Алом Плаще!
— КАК ОСМЕЛИЛСЯ ТЫ ПРОНИКНУТЬ В МОЕ ЦАРСТВО! ТЫ, КОТОРЫЙ ПОГУБИЛ МОЕГО БРАТА! ПО СЕЙ ДЕНЬ ТЕ, КТО СОХРАНИЛ ЕМУ ВЕРНОСТЬ, ПРОДОЛЖАЮТ ИСКАТЬ ТЕБЯ В ЕГО ЦАРСТВЕ! А ТЫ ГЛУПЕЦ, СМЕРТНЫЙ! О-О-О, КАКОЙ ПОЗОР! Я-ТО ПОЛАГАЛА, ЧТО БРАТА АРИОХА ИЗГНАЛ ВЕЛИКИЙ ГЕРОЙ! А ТЕПЕРЬ ОКАЗЫВАЕТСЯ, ЧТО ЭТО БЫЛ ОБЫКНОВЕННЫЙ СМЕРТНЫЙ ГЛУПЕЦ! КАРМАНАЛЫ, ПОДИТЕ ПРОЧЬ! — прыгающие чудовища тут же исчезли. — Я ОТОМЩУ ТЕБЕ, НО ИНАЧЕ! СТРАШНЕЕ!!! БЕРЕГИСЬ, КОРУМ ДЖАЙЛИН ИРСИ! И ВЫ, ЧТО ПОШЛИ ВМЕСТЕ С НИМ, БЕРЕГИТЕСЬ!!!
Золотистый свет внезапно угас, оранжевый диск исчез с неба, пурпурный дождь прекратился. Но огромная фигура Ксиомбарг все еще нависала над ними.
— КЛЯНУСЬ ВСЕМИ СИЛАМИ ХАОСА, Я ЕЩЕ ПОВСТРЕЧАЮСЬ С ТОБОЙ! Я ПРИДУМАЮ ДЛЯ ТЕБЯ СТРАШНУЮ МЕСТЬ! Я ПОСЛЕДУЮ ЗА ТОБОЙ ПОВСЮДУ, КУДА БЫ ТЫ НИ ПЫТАЛСЯ СКРЫТЬСЯ! И ТЫ ЕЩЕ ПОЖАЛЕЕШЬ, ЧТО ПОСМЕЛ ВЫСТУПИТЬ ПРОТИВ ЛОРДА АРИОХА И НАВЛЕЧЬ НА СЕБЯ ГНЕВ ЕГО СЕСТРЫ КСИОМБАРГ!
Огромный силуэт пропал, и вокруг воцарилась тишина.
Корум, потрясенный, повернулся к Джери:
— Зачем ты сказал ей, кто я? Теперь нам не уйти от ее мести! Она ведь обещала преследовать нас повсюду, куда бы мы ни пытались скрыться. Ты сам слышал. Зачем ты это сделал?
