— Это не твоя плоскость и не твоя эпоха, принц Элрик. Я вызвал тебя, чтобы ты помог мне в сражении с Повелителями Хаоса. Я уже уничтожил двух Повелителей Мечей — Ариоха и Ксиомбарг, но третий, наиболее могущественный, еще не повержен…
— Ариоха и Ксиомбарг! — на лице у альбиноса отразилось сомнение. — Ты уничтожил двух могущественнейших Повелителей Хаоса? Однако месяц тому назад я разговаривал с Арио-хом. Он мой покровитель…
Корум понял, что Элрику неведомо строение Вселенной.
— Существует множество плоскостей, — сказал он, стараясь говорить как можно мягче. — В некоторых из них власть Повелителей Хаоса велика. В некоторых — слабее. В иных, насколько мне доводилось слышать, они вообще не властны. Ты должен принять это как данность: в здешнем мире Ариоха и Ксиомбарг нет, они изгнаны отсюда. Но сейчас нам угрожает третий из Повелителей Мечей, самый могущественный — король Мабелод.
Альбинос хмурился, и Корум даже начал опасаться, что Элрик не захочет ему помогать.
— В моей плоскости Мабелод ничуть не сильнее Ариоха и Ксиомбарг. То, что ты сказал, переворачивает все мои представления…
Корум глубоко вздохнул.
— Я постараюсь объяснить, — сказал он, — насколько это возможно. По каким-то причинам судьбе было угодно избрать меня для изгнания Хаоса из пятнадцати плоскостей Земли. Сейчас я ищу город, который у нас называется Танелорном, где я надеюсь найти помощь. Но мой спутник, который знает дорогу, попал в плен, и, прежде чем отправиться в путь, я должен вызволить его. Замок, где он томится, находится неподалеку отсюда.
Мне было сказано, что я должен вызвать тебя — ты поможешь мне освободить его… И я прибегнул к волшебству. Я… — Корум замялся, потому что этого Болорьяг ему не говорил, однако он знал, что все обстоит именно так, — я должен был сказать тебе, что, помогая мне, ты поможешь себе, что, если я одержу победу, победишь и ты.
— Кто сказал тебе это?
— Один мудрый человек.
Элрик отошел от Корума и с озадаченным видом сел на поваленное дерево, спрятав лицо в ладонях.
— Ты вырвал меня из моего мира в тяжелое для него время, — проговорил он наконец. — И я надеюсь, ты говоришь мне правду, принц Корум, — он поднял лицо и устремил на Корума взгляд своих странных красных глаз. — Это вообще чудо, что ты говоришь на моем языке или, во всяком случае, что я понимаю тебя. Как это может быть?
— Мне… мне было сказано, что мы сможем общаться друг с другом без труда, ибо мы — «части единого целого». Не спрашивай меня более ни о чем, принц Элрик, я и сам ничего не знаю.
— Впрочем, может быть, это просто сон. Я убил себя, или меня пожрала эта чудовищная машина Телеба К’аарна, однако у меня нет другого выхода, кроме как согласиться помочь тебе — в надежде, что это поможет мне, — и альбинос посмотрел на Корума.
Корум сходил за лошадьми и вернулся. Альбинос стоял, уперев руки в бедра и озираясь вокруг. Корум хорошо понимал, каково это — оказаться вдруг в совершенно неведомом мире, и он почувствовал сострадание к мелнибонэйцу. Он подвел к нему вороную, альбинос вскочил в седло и приподнялся на стременах, привыкая к незнакомой сбруе.
Они пустили лошадей шагом.
— Ты говорил про Танелорн, — сказал Элрик. — Значит, я оказался в твоем призрачном мире во имя поисков Танелорна?
Корум был поражен, каким будничным тоном Элрик упомянул про Танелорн.
— Ты знаешь, где находится Танелорн?
— В моем мире — конечно, но почему ты считаешь, что он должен быть и в твоем мире?
— Танелорн существует во всех плоскостях, хотя и в различных воплощениях. Это единый Танелорн, вечный и изменчивый.
Они ехали через лес. Коруму даже не верилось, что все это ему не снится, так же как Элрик с трудом верил в реальность происходящего. Несколько раз альбинос нервно тер ладонями лицо и пристально вглядывался в Корума.
— Куда мы теперь? — спросил он наконец. — В замок?
Корум заколебался, припоминая слова Болорьяга.
— Нет. Сначала мы должны найти Третьего — Героя с Множеством Имен.
— Ты вызовешь его при помощи волшебства?
Корум покачал головой:
— Мне не было такого известия. Мне было сказано, что он сам встретится нам на пути. Он будет призван из своей эпохи — для того чтобы составить с нами единое целое. Трое в Одном.
— Что все это означает? Что такое — Трое в Одном?
— Я знаю не больше тебя, Элрик, друг мой, — разве только что лишь втроем мы сможем победить того, кто пленил моего спутника.
Лес остался позади. Они приближались к Бальвинской пустоши. Пейзаж с морем и скалами был столь безмятежен, что угроза Хаоса казалась маловероятной.
— У тебя необычная латная перчатка, — заметил Элрик.
Корум рассмеялся:
— Вот и доктор, с которым я недавно имел честь познакомиться, был немало озадачен. Он решил, что это протез. Нет, эта кисть принадлежит богу — одному из Великих Древних Богов, загадочно исчезнувших тысячу лет назад. Некогда она обладала волшебными свойствами, так же как и мой правый глаз. Я мог заглядывать в царство небытия — ужасное место, но оттуда мне иногда дана была помощь.
— То, о чем ты рассказываешь, столь сложно, что колдовство и космология моего мира в сравнении с этим просто детская забава.
