— Зови глашатаев, сегодня вся Тхара будет пировать в честь моих сыновей! — взволнованно закричал правитель.
Я родился. Первое, что я увидел, открыв глаза, была улыбающаяся рыжая женщина. Откуда, собственно, я знаю, что она рыжая, улыбается и женщина? Понятия не имею. Но знаю. Вообще много, чего знаю. Но откуда — понять не могу. Я смотрел на эту женщину и вдруг очень сильно захотел заорать. И заорал. Да хорошенько так, во всё горло. Потом увидел мать. Бледная и измученная, но такая красивая. Чёрные длинные волосы, большие голубые глаза, острый носик. Грудь здоровенная, тонкая талия и стройные длинные ножки. Правда сейчас у неё опухший большой живот, это потому что там мой братан. Я знаю это, я это чувствую. Через десять минут он тоже вылез. Теперь вместе орем. Вылитый я. Правда глаза голубые как у матери, а у меня, говорят, в отца: зелёные, словно изумруды.
Рыжая женщина отдала нас каким-то сисястым девкам, ведь матери, говорит, нужен отдых — роды были тяжёлые.
Потом пришёл отец и назвал меня Аск. Брата — Аркел. Теперь я Аск Эвельхайм — третий наследник великого дома Эвельхайм, занимающего южный полуостров империи!
Когда нас укутали в шёлковые пелёнки, отец зачем-то потащил нас на балкон. Там он что-то орал про то, какой это великий день и счастье для нашего герцогства и империи в целом.
Толпа внизу стала скандировать наши имена и желать нам всякого хорошего. Мы с братом тоже не отставали. Орали, что есть сил. Прямо в два уха папане. А, точно! Забыл про батю нашего рассказать.
Высокий, под два метра ростом, спортивно сложенный мужичок на вид лет сорока. Короткие чёрные волосы, зелёные глаза да борода с усами в стиле бальбо. Как я позже узнал, папаня наш крутой перец оказывается. Третий по силе чародей империи (после императора и нашего деда). Но про деда потом. Он вообще у нас личность мутная.
На следующий день к нам привели родню. Знакомиться, так сказать. И мы узнали, что семейка у нас большая. Я бы даже сказал огромная. У отца, оказывается, три жены.
Также у нас есть два старших брата. Как я узнал после — раньше братьев было пять, но во время войны трое старших погибли. Кроме ближайшей родни к нам пришли и трое братьев отца со своими жёнами и детьми. Всего в семье где-то двенадцать мальчиков, включая нас и семь девочек — наших кузин.
Все что-то мило пощебетали вокруг нас, поулюлюкали, а потом нам с братом захотелось поорать. Орали мы знатно. И доорались. Подгузников в этом мире ещё не изобрели, к сожалению. Поэтому через минуту орать мы стали от неприятных чувств и запаха, а не просто потому что хотелось. Благо сисястые няньки были рядом и нас тут же понесли омывать и укутывать в новые роскошные пелёнки.
Вечером к нам в комнату пришло два здоровых мужика и отец. Как оказалось, это теперь наши личные телохранители. Ко мне приставили лысого бородатого викинга в рыцарском доспехе по имени Михаил. Когда он мне улыбнулся, няньке снова пришлось меня отмывать. Рожа у него как у отбитого головореза, несмотря на то, что он довольно молод — где-то лет тридцать.
Телохранителя Аркела звали Лоренцо. У этого мужика были смешные закрученные усы, а выглядел он как молодой Боярский. Откуда я всё это знаю? Сам уже перестал удивляться.
Через неделю мы услышали колокол и плач. Плакали всей Тхарой. Это так наш огромный город называется. Оказалось, что наша мать не сдюжила болезни после родов. Из-за её смерти отец поник и придворные впервые увидели слёзы этого сильного человека. Я тоже долго плакал, а брат ещё не понимал, но всё равно плакал. Траур длился целый месяц и, на удивление наших врагов, народ всецело поддерживал отца и нашу семью. Ирина Эвельхайм была очень сильной чародейкой. Оказывается, она часто помогала простому народу, бесплатно лечила больных и заботилась о сиротах и бедняках. На центральной городской площади ей даже памятник поставили.
Потом у нас была скучная монотонная жизнь.
Проснулись, поменяли пелёнки, поели, погуляли по саду. Вечерами заходил отец и что-то рассказывал. И эта скукотень длилась полгода. Мы с Аркелом подросли и научились ползать. Сначала исследовали всю нашу комнату. Большая, примерно 20 на 20 метров. Красивые стены с картинами, всякая резная и наверняка дорогущая мебель. Мягкие диванчики, кровати для нянек и камин. К последнему нас постоянно не пускали. А ведь там очень тепло. Хотя из-за магии у нас во всём дворце уютно. Даже полы тёплые, так ещё и с ковром.
Постепенно ко мне приходили частички знаний. Например, в отличие от других людей я знал, что это не единственный мир, а всего лишь одна из бесконечного множества планет.
