– Что ты делаешь? Только прикоснись к моему огню еще раз, гад перепончатый!
Но боль в ногах придала особую ясность Хмуровым мыслям. Теперь он точно знал, что думает. Внезапная боль прекрасно может развеять злые чары.
– Минуточку! – произнес он, ковыляя прочь от огня. – Минуточку внимания, мадам. Все, что вы сказали, верно. Я всегда хочу знать худшее и держаться как можно лучше. Потому спорить не стану. Допустим, мы видели во сне или выдумали все это: деревья, траву, солнце, звезды и даже Аслана. Но тогда выдумка лучше и важнее реальности. Допустим, это мрачное место и есть единственный мир. Тогда он никуда не годится. Может, мы и дети, играющие в глупую игру. Но четверо детей создали игрушечный мир, который лучше вашей реальной ямы. Я не предам игрушечного мира. Я останусь с Асланом, даже если Аслана нет. Я буду жить как нарниец, даже если нет Нарнии. Благодарю за ужин, но мы четверо покинем ваш двор, вступим в темноту и будем всю жизнь искать дорогу наверх. Не думаю, что жизнь эта будет долгой, но стоит ли о том жалеть, если мир – таков, каким вы его описали.
– Ух ты! Молодчина, Хмур! – закричали Юстэс и Джил. Но принц воскликнул:
– Берегитесь!
Мандолина куда-то делась. Руки Колдуньи как бы прилипли к бокам, ноги переплелись, ступни исчезли. Длинная зеленая ткань ее платья становилась все плотнее и все больше прилегала к телу, само же оно извивалось и корчилось, словно в нем не было ни единой кости. Голова откинулась назад, от лица остались лишь глаза, огромные, без бровей и ресниц, и глаза эти пылали. Писать об этом долго, а случилось это чуть не за секунду – и ядовито-зеленая змея толщиной с Джил обвила отвратительным телом ноги принца. Мгновение – и другой виток примотал бы его руки к туловищу. Но принц успел поднять руки, и страшный узел завязался лишь вокруг его груди, едва не сломав ему ребра.
Принц схватил левой рукой шею змеи и сдавил. Лицо ее (если это можно назвать лицом) было совсем близко от его лица, раздвоенный язык высовывался из пасти. Правой рукой принц пытался обнажить свой меч. Однако Юстэс и Хмур уже бросились ему на помощь. Оба удара обрушились одновременно. Меч Юстэса скользнул по змеиному телу, но даже не повредил чешуи. Хмур ударил прямо по шее, но тут ударил и сам принц, и ему удалось отсечь голову. Чудовище упало и, свитое кольцами, как кусок веревки, испустило дух. Все трое стояли, тяжело дыша. Можете себе представить, какое противное это было зрелище.
– Благодарю вас, друзья, – произнес принц, когда смог говорить.
Трое мужчин постояли молча, переводя дух; а Джил, что вполне резонно, села на пол и подумала: «Надеюсь, я не свалюсь в обморок… и не зареву… и вообще».
– Я отомстил за мать, – сказал принц Рилиан. – Конечно, это та же змея, за которой я гнался в нарнийском лесу. Все эти годы я прожил рабом у той, что убила мою мать. Я рад, что Колдунья приняла свой змеиный облик. Ни честь, ни сердце не позволили бы мне убить женщину. Но что с нашей маленькой леди? – указал он на Джил.
– Спасибо, я ничего, – сказала она.
– Отважная дева, – сказал принц, низко ей кланяясь, – вы очень смелы, и я не сомневаюсь, что вы принадлежите к знатному и славному роду. Ну что же, друзья. Тут осталось чем подкрепиться! А потом обсудим, что делать дальше.
– Очень хорошая мысль, сэр! – сказал Юстэс.
Все чувствовали, что им положен, как сказал бы Юстэс, передых. Когда Колдунья заперла дверь, она велела своим подданным ее не беспокоить. Теперь первым делом надо было позаботиться о ногах Хмура. На повязки пошли две простыни из спальни принца, разорванные на полосы и смазанные оливковым маслом. Затем все присели отдохнуть, перекусить и обсудить план бегства.
Рилиан сказал, что выбраться на поверхность нетрудно, отверстий здесь множество. Но ему не доводилось выходить одному, а к этим отверстиям они с Колдуньей добирались на корабле по Мрачному морю. Никто не может знать, что сделают подземцы, если он явится в порт без Колдуньи с тремя чужестранцами и потребует корабль. Правда, один из новых выходов был по эту сторону моря, всего в нескольких милях. Принц знал, что этот выход прокопан до самой поверхности, возможно – закончен совсем, а Колдунья прибыла сказать ему об этом и начать поход. Даже если это не так, они и сами без труда докопают остальное, если только им удастся туда добраться и если там нет охраны.
– Если бы спросили меня… – начал Хмур, но Юстэс воскликнул:
– Слушайте, что это за шум?
– Вот и я думаю, – сказала Джил. Все они слышали шум, но нарастал он так постепенно, что они не заметили, когда он появился. Сначала это был как бы легкий шум ветра, затем – словно рокот моря, наконец, раздался треск, грохот, голоса и какой-то рев.
– Клянусь Асланом, – воскликнул принц, – эта безмолвная местность обрела язык!
Он поднялся, подошел к окну и раздвинул занавески. Остальные столпились вокруг него.
